arrow_back Genshin Impact: задания 
Среброкрылая птица на пути к луне. Часть I
Словно кто-то бредёт средь облаков
Список заданий
Когда речь зашла о Лунной охоте, вы с Паймон окунулись в воспоминания, которые наполнили ваши сердца самыми разными чувствами. Но сейчас праздник, а на празднике главное - веселиться от души. Каждый праздник полон сюрпризов, и вы не знаете, что ждёт вас на этот раз...
Паймон:
Ух ты, какая огромная луна! В порту Илун и правда чувствуется атмосфера праздника...
Путешественник,:
Паймон, ты о чём-то задумалась?
Паймон:
Да ничего, Паймон вдруг вспомнила нашу первую Лунную охоту. Паймон до сих пор помнит, как мы вместе с Кэ Цин искали рецепты!
Паймон:
С тех пор как Паймон путешествует с тобой, праздники всегда ощущаются по-особенному.
Паймон:
На праздниках мы встречаем друзей, а ещё полно вкусной еды! Паймон это обожает!
Паймон:
Но праздники проходят каждый год, а люди и события меняются. И тогда Паймон снова вспоминает прошлое...
Паймон:
Паймон и так это знает! Тогда давай праздновать как раньше! С чего бы начать...
Путешественник,:
Это не Лань Янь?
Паймон:
Лань Янь ведь собиралась отвести Нин Гуан к главе клана. Давай поздороваемся, а заодно спросим, куда здесь стоит сходить. Она наверняка отлично знает порт Илун.
Паймон:
Привет, Лань Янь!
Лань Янь:
Привет, Путешественник, Паймон. Хм... Мы ведь не так давно виделись. Точнее, совсем недавно!
Паймон:
Верно! Кстати, ты же собиралась отвести Нин Гуан к главе клана. Как ты так быстро вернулась?
Лань Янь:
На самом деле я только показала дорогу.
Лань Янь:
Когда приезжает такая важная гостья, как госпожа Нин Гуан, собираются все старейшины клана. Если я останусь, то буду только мешать.
Паймон:
Много-много старших родственников?
Лань Янь:
Дяди, тёти и с папиной, и с маминой стороны...
Паймон:
Стой! Паймон уже поняла, что народу там немало...
Лань Янь:
Там всё строго определено: кто где сидит, кто и как подаёт чай... Я с такими церемониями точно не справлюсь.
Лань Янь:
Я поздоровалась с дядюшкой, главой клана, и сразу ушла.
Паймон:
Честно говоря, Паймон тоже не умеет вести себя в таких ситуациях... Но тем лучше! Лань Янь, посоветуешь, куда нам сходить?
Паймон:
Кстати, Путешественник и Паймон впервые оказались на празднике в порту Илун.
Лань Янь:
На эту Лунную охоту гильдия долины Чэньюй приготовила столько вкусного и интересного. Разве обо всём расскажешь в двух словах? Хи-хи, лучше я сама проведу вас и всё покажу.
Паймон:
Конечно! Но это же надолго? Нин Гуан говорила, что экзорцисты клана Лань будут действовать вместе с Миллелитами. А ты не пойдёшь?
Лань Янь:
Клан специально отберёт для этого нескольких мастеров, так что мне незачем путаться у них под ногами.
Паймон:
Вот оно как...
Лань Янь:
Надо же, Путешественник, не ожидала, что ты так подумаешь... Тогда ответь на один вопрос.
Лань Янь:
Как вы считаете: нужно воспринимать магические искусства как обязанность и усердно учиться или как увлечение и заниматься им по желанию?
Паймон:
Трудно выбрать. Паймон кажется, что оба варианта разумны.
Лань Янь:
Говорят, когда-то Повелитель Ветра задал потомкам тот же вопрос. Они тоже не смогли выбрать, и тогда он сказал: а почему бы не выбрать сразу оба подхода?
Лань Янь:
С тех пор в семье Лань существует обычай: когда ребёнок подрастает, старшие предлагают ему сделать выбор.
Лань Янь:
Если ребёнок хочет серьёзно изучать магические искусства, его отправляют в клан и находят ему наставника. А если это лишь увлечение, никаких требований не ставят.
Паймон:
То есть ты решила оставить магические искусства своим увлечением?
Лань Янь:
Ну конечно! Не хочу сидеть на занятиях и слушать лекции наставника. Я бы наверняка убежала запускать воздушного змея на склонах у деревни Цяоин и совсем забыла об учёбе.
Паймон:
Тогда Паймон тебя прекрасно понимает!
Лань Янь:
Так что не беспокойся, я не расстроена. Это был мой выбор.
Лань Янь:
Юношей и девушек из клана обучают множеству особых приёмов, особенно действенных против нечисти. Я ими очень восхищаюсь.
Лань Янь:
А я в основном учусь сама. Если какое-то необычное искусство меня особенно заинтересует, я беру соответствующие книги и изучаю.
Паймон:
Паймон стало любопытно: какие именно магические искусства тебя интересуют?
Лань Янь:
Хм... Например, в последнее время я изучаю одну технику, связанную с ласточками.
Паймон:
Правда? Расскажи!
Лань Янь:
Старшие говорили, что ласточки - особенные птицы. Они приносят в клювах глину и травинки и вьют гнёзда под крышами домов.
Лань Янь:
Но сколько я себя помню, я ни разу не видела ласточкиного гнезда под навесами домов в долине Чэньюй.
Лань Янь:
Каждый год ласточки куда-то торопятся. Они не то что не вьют гнёзда, их даже увидеть трудно. Рассказы старших звучат как легенда из далёкого прошлого.
Паймон:
И почему же?
Лань Янь:
Я тоже не знаю. Но я заметила, что в ласточках заключена особая сила, созвучная искусствам, которые практикует наш клан.
Лань Янь:
Поэтому я подумала: может, существует искусство, которое поможет ласточкам вернуться и снова вить здесь гнёзда?
Паймон:
Вернуть ласточек, чтобы они снова вили здесь гнёзда... Разве такое возможно?
Лань Янь:
К сожалению, кажется, я зашла в тупик. Как ни стараюсь, в формуле всё равно недостаёт какого-то ключевого звена...
Паймон:
Но тебя это наверняка не остановит, правда?
Лань Янь:
Конечно, мне это не по зубам! Я ведь освоила лишь самую малость из кланового искусства Цимэнь. Но не переживай. Раз уж дело застопорилось, пусть пока так и остаётся.
Лань Янь:
Вдруг однажды, пока я буду лежать на склоне и считать облака, меня осенит, что надо сделать.
Паймон:
А Паймон уже думала, как бы утешить Лань Янь.
Лань Янь:
Паймон всегда заботится о других. Неудивительно, что из неё получился такой хороший проводник.
Паймон:
Ну конечно, хе-хе...
Лань Янь:
Ах да, я же обещала показать вам всё на празднике. Идёмте! Хи-хи, заодно попробую себя в роли проводника.
Путешественник,:
Спасибо, Лань Янь.
Лань Цзюньмин:
Лунная охота не должна быть такой...
Паймон:
Кажется, там кто-то устраивает переполох?
Лань Янь:
Заблудился, что ли? Давайте подойдём. Я всё-таки состою в гильдии и должна следить, чтобы на празднике всё было в порядке.
Паймон:
Отлично, Паймон тоже поможет! В конце концов, надо же отблагодарить тебя, Лань Янь.
Лань Цзюньмин:
Лунная охота не должна быть такой...
Лань Янь:
Господин, у вас что-то случилось?
Лань Цзюньмин:
Нельзя пропустить Лунную охоту... Но она не должна быть такой... Да что там праздник, Ли Юэ никогда не был таким!
Паймон:
Почему вы так говорите?
Лань Цзюньмин:
Международная гастрономическая улица? С каких пор такое появилось на Лунной охоте? Сколько себя помню, этот праздник никогда не имел отношения к кухне.
Паймон:
То есть никакой вкусной еды... Разве бывает такая Лунная охота?
Лань Янь:
Старшие рассказывали, что давным-давно к Лунной охоте добавили обычаи праздника Бога Очага. Только после этого появились кулинарные состязания.
Лань Янь:
Возможно, в некоторых уголках Ли Юэ до сих пор соблюдают обычаи Лунной охоты, существовавшие до праздника Бога Очага.
Путешественник,:
Вполне возможно.
Лань Янь:
Господин, откуда вы?
Лань Цзюньмин:
Откуда я? Ха-ха... Прошлое в прошлом! Настоящий мужчина вольно странствует по свету. Ему достаточно знать, куда он направляется!
Паймон:
А куда вы направляетесь?
Лань Цзюньмин:
Куда я направляюсь... Началась Лунная охота, и мне нужно... Но праздник не должен быть таким.
Паймон:
Опять по кругу...
Лань Янь:
Господин... Не могли бы вы пройти со мной? Мы стоим посреди дороги и мешаем прохожим.
Лань Янь:
Я вижу, что у вас возникли некоторые затруднения. Возможно, я смогу вам помочь.
Лань Цзюньмин:
Хм... Разумно. Я пойду с тобой.
Паймон:
Хорошо, давайте разберёмся, что у вас случилось. Паймон всегда рада помочь!
Лань Цзюньмин:
Пусть вид у тебя и странный, юная дева, зато сердце доброе. Благодарю.
Паймон:
Кто это здесь странный?! Сам ты странный! Выглядишь совсем молодым, а называешь себя стариком... Хотя волосы у тебя и правда седые...
Лань Цзюньмин:
Ничего страшного, ничего страшного. Что плохого в том, чтобы быть немного чудаковатым?
Путешественник,:
Поговорим о деле.
Лань Цзюньмин:
Дело... Я не могу пропустить Лунную охоту, но... Она не должна быть такой.
Паймон:
Вот заладил...
Лань Янь:
Господин, вы ведь не человек, верно?
Паймон:
Что?!
Лань Цзюньмин:
Ты, юная особа, с чего это взяла? Я... Кх!
Паймон:
Что это такое?
Лань Янь:
Если я не ошибаюсь... Это древнее искусство клана Лань - Искусство пленения души.
Лань Янь:
Оно заключает часть человеческой души в ротанговую фигурку и создаёт похожую на человека марионетку, которой управляет заклинатель.
Лань Янь:
Позже предки клана Лань решили, что это искусство нарушает законы природы и его нельзя применять даже против врагов. С тех пор оно запрещено.
Паймон:
Так значит, на самом деле он...
Лань Янь:
По сути, он лишь обрывок души, заточённый в ротанговой фигурке.
Паймон:
Ах...
Лань Янь:
Господин, а вы знаете, кто наложил на вас заклинание пленения души?
Лань Цзюньмин:
Что за вздор, девчонка? Кто в Ли Юэ смог бы применить ко мне Искусство пленения души?
Лань Цзюньмин:
Прекрати свои фокусы! Мне ещё нужно на встречу по случаю Лунной охоты... Постойте, праздник не должен быть таким!
Паймон:
Эх, с ним не договоришься...
Лань Янь:
Память осколка души наверняка неполна... Сначала нужно снять заклинание. Если вернуть этот фрагмент на место, серьёзных последствий быть не должно.
Лань Цзюньмин:
Хм...
Лань Янь:
А...
Паймон:
Что случилось?
Лань Янь:
На заклинании лежит мощная печать. Я не могу её снять. Боюсь, с этим справится только глава клана.
Лань Янь:
Но глава клана только что отправился помогать Миллелитам разобраться с чудовищами и в ближайшее время не вернётся. Если затянуть с этим, этот осколок души...
Лань Цзюньмин:
Девочка, не тревожься. После твоих манипуляций ко мне, кажется, вернулась часть воспоминаний.
Лань Цзюньмин:
Я помню лишь, как несколько дней назад очнулся ото сна. Всё, что было раньше, почти стёрлось из памяти.
Лань Янь:
Я не паникую, но ваше нынешнее состояние и впрямь вызывает беспокойство. Дело слишком серьёзное, мне нужно как можно скорее связаться с главой клана и попросить его вернуться.
Лань Янь:
Искусство пленения души - наследие клана Лань. Глава клана не оставит это без внимания.
Лань Цзюньмин:
Глава клана Лань? Подумаешь! В таком вопросе от его статуса никакого толку!
Лань Цзюньмин:
Я узнаю и Искусство пленения души, и наложенную на него печать. Печать весьма искусна. Даже Адепту пришлось бы с ней повозиться, ха-ха...
Паймон:
А тебе ещё смешно?! Если ты говоришь правду, всё гораздо хуже!
Лань Янь:
С ходу ничего не придумать... Лучше сначала заказать чай, сесть и всё спокойно обсудить.
Паймон:
А?
Лань Цзюньмин:
Да-да, сначала чай!
Лань Цзюньмин:
Мм, хороший чай.
Лань Янь:
Вы отлично разбираетесь в искусстве Цимэнь. Не из семьи ли экзорцистов вы родом?
Лань Янь:
Если расспросить семьи экзорцистов, возможно, мы найдём того, кому принадлежит эта душа, узнаем, как наложили заклинание, и поймём, как его снять.
Лань Цзюньмин:
Семьи экзорцистов? Я уж точно не из такого рода.
Лань Цзюньмин:
Искусство Цимэнь Ли Юэ столь совершенно, что достаточно постичь хотя бы малую его часть, чтобы уверенно идти по жизни. К чему привязывать себя к какому-то клану?
Лань Цзюньмин:
А вот ты, юная барышня... По характеру мы с тобой весьма похожи, хотя ты и выросла в большом клане.
Лань Цзюньмин:
Не будем обращаться за помощью к другим. Если ты согласишься помочь, этого будет достаточно. У меня есть одна мысль.
Лань Янь:
Прошу, говорите.
Лань Цзюньмин:
Пусть я всего лишь осколок души и многого не помню, но одно знаю точно: нельзя пропустить Лунную охоту. Но...
Паймон:
...Но ведь Лунная охота не должна быть такой.
Лань Цзюньмин:
Именно! Все мои мысли ведут к этому. Словно неоконченное дело, которое не даёт мне покоя. Но именно здесь мои воспоминания обрываются, и я не могу ни продвинуться дальше, ни отступить.
Лань Цзюньмин:
Если ты поможешь мне найти Лунную охоту из моих воспоминаний и исполнить последнее желание, возможно, печать спадёт.
Лань Янь:
В этом есть смысл. Но быстро мы не справимся, а я не знаю, сколько ещё продержится ваш осколок души.
Лань Янь:
Искусство пленения души не действует вечно. Со временем осколок души рассеивается. Боюсь, прямо в пути вы снова станете ротанговой фигуркой и больше не сможете двигаться.
Лань Цзюньмин:
Ха-ха, вот потому мне и нужна твоя помощь.
Лань Цзюньмин:
Когда ты применила ко мне своё искусство, моя душа стала немного устойчивее. В твоём искусстве есть сила, которая мне помогает.
Лань Цзюньмин:
Если ты будешь поддерживать мой осколок души, я не так скоро превращусь обратно в ротанговую фигурку.
Лань Янь:
Звучит разумно, но я только что пообещала вам прогулку. Нехорошо будет оставить вас на полпути...
Лань Янь:
Хм... А что, если Паймон и Путешественник пойдут со мной?
Лань Янь:
Представьте: в ротанговой фигурке заточён осколок души. Его память неполна, последнее желание не исполнено, а нам предстоит раскрыть его тайну...
Лань Янь:
Разве не похоже на приключение из старинных рассказов? И этому господину поможем, и сами не заскучаем!
Паймон:
Когда ты так говоришь, Паймон тоже становится интересно! Идём вместе! Только где искать Лунную охоту из его воспоминаний?
Лань Янь:
Пока единственная зацепка в том, что в его воспоминаниях о Лунной охоте не было никаких событий, связанных с кулинарией.
Лань Янь:
Тогда Лунная охота из его воспоминаний, вероятно, относится к эпохе до переселения жителей древнего Гуйли на юг, в гавань Ли Юэ.
Лань Янь:
Я слышала, что в то время уже существовали обычаи Лунной охоты, но праздника Бога Очага древнего Гуйли ещё не было, поэтому с кулинарией они не были связаны.
Путешественник,:
В таком случае...
Паймон:
Точно... Кажется, она живёт на постоялом дворе «Белый жеребец».
Лань Янь:
Есть идеи, Путешественник, Паймон?
Паймон:
Ага, и отличная!
Паймон:
Мы на месте.
Лань Цзюньмин:
Гавань Ли Юэ...
Паймон:
Ну как, вспомнилось что-нибудь?
Лань Цзюньмин:
...Откуда взялся торговец в длинном пальто? Когда за морем появились эти острова? Ли Юэ никогда не был таким.
Паймон:
Опять несёт какой-то бред.
Путешественник,:
Сначала расспросим, здесь ли Цзы Бай.
Паймон:
Здравствуйте, господин Лу!
Лу Вэн:
О, Путешественник и госпожа Лань Янь из долины Чэньюй! Чем могу помочь?
Паймон:
Простите за беспокойство, мы хотели бы расспросить об одном человеке. Госпожа Цзы Бай всё ещё живёт здесь?
Лу Вэн:
Она? Ушла ещё утром. Сказала, что хочет навестить одного старого знакомого и обсудить дела, связанные с Лунной охотой.
Паймон:
А кто этот знакомый?
Лу Вэн:
Не знаю. Помню только, что она пошла вроде к Тяню Железному Языку или куда-то в ту сторону.
Путешественник,:
Я знаю, кого она искала...
Паймон:
Паймон тоже. Только как теперь об этом заговорить... Ладно, Лань Янь, пойдём с нами.
Лань Цзюньмин:
Постоялый двор «Белый жеребец»...
Тянь Железный Язык:
Чтобы поведать о происхождении Лунной охоты, придётся вспомнить древние времена, когда Адепты Ли Юэ устремились вслед за луной, ища путь к бессмертию...
Цзы Бай:
Обряд Лунной охоты... Неужели деяния Адептов положили начало празднику простых смертных?
Чжун Ли:
Путь к бессмертию слишком далёк от простых смертных.
Чжун Ли:
А вот «Лунная охота» как нельзя лучше соответствует этому времени года и будит воображение. Неудивительно, что позднее этот образ стал одним из мотивов праздника.
Цзы Бай:
Я помню, как в давние времена малый народ древнего царства Лан-гань отмечал похожий праздник.
Цзы Бай:
На празднике они варили зерновое вино, смотрели на яркую луну и подносили его мне, молясь об урожае в новом году. А я учила их земледелию и счёту.
Цзы Бай:
А сейчас, в день Лунной охоты, обращаются ли ещё земные жители с молитвами к бессмертным?
Чжун Ли:
Подобное нынче редкость. В сегодняшнем Ли Юэ, когда наступает Лунная охота, люди предпочитают наслаждаться изысканными яствами, пить прекрасное вино, любоваться полной луной и встречаться с родными и друзьями.
Цзы Бай:
Еда, питьё и развлечения? Выходит, хотя в названии нынешней Лунной охоты есть слово «луна», ко мне этот праздник уже не имеет отношения.
Чжун Ли:
Не совсем. Люди усердно возделывают землю и постигают искусство счёта, чтобы однажды обрести достаток и покой, а затем... наслаждаться жизнью.
Чжун Ли:
Так обычно и рождаются праздники. Если рассуждать подобным образом, многие праздники Ли Юэ связаны с тобой.
Цзы Бай:
Ха-ха... Какое занятное умозаключение. Уж не красноречию ли ты обучал смертных? Неудивительно, что в нынешнем Ли Юэ столько сказителей.
Чжун Ли:
Я всегда был лишь слушателем историй. Как же я мог обучать рассказчиков красноречию?
Паймон:
Привет, Чжун Ли и Бе... Цзы Бай!
Лань Янь:
Адепт Белая Лошадь? Если вы хотите узнать о Лунной охоте, она действительно надёжный источник сведений.
Паймон:
А?
Цзы Бай:
Да это же Паймон, Путешественник и юная Лань Янь!
Путешественник,:
Лань Янь, ты с ней знакома?
Лань Янь:
Недавно я смастерила нового воздушного змея, заигралась и забежала на вершину холма. Там я и встретила госпожу Цзы Бай. Она пролетала мимо на колеснице.
Лань Янь:
Мне стало любопытно, почему её двухколёсная повозка умеет летать, и она сразу ответила: «Я Адепт Белая Лошадь, а это моя величественная колесница. На ней можно парить в небесах».
Паймон:
Очень похоже на Цзы Бай...
Цзы Бай:
К чему все эти тайны? Я - Адепт Белая Лошадь, а он - это...
Чжун Ли:
Хм?
Цзы Бай:
Он - тот самый консультант ритуального бюро «Ваншэн», весьма учёный муж, который предпочитает проводить время среди простого люда. Впрочем, вам его представлять не нужно.
Цзы Бай:
Мы с ним давние знакомые. Недавно я как раз отыскала в долине Чэньюй один превосходный чай и пришла к нему, чтобы вместе его отведать.
Чжун Ли:
...Что ж, я польщён столь щедрым вниманием со стороны Адепта.
Цзы Бай:
Юная Лань Янь, зачем ты меня искала?
Лань Янь:
Я хотела кое о чём спросить. Это касается одного уважаемого...
Цзы Бай:
Безумец Лань!
Лань Цзюньмин:
Белый Жеребёнок?
Путешественник,:
Вы знакомы?
Цзы Бай:
Не тот ли это Повелитель Ветра?
Паймон:
Что?!
Лань Янь:
Вы хотите сказать, что он и есть предок нашего рода Лань?
Лань Цзюньмин:
Повелитель Ветра... Да, я вспомнил ещё кое-что. Но это лишь титул, данный мне другими. Моё имя - Лань Цзюньмин.
Лань Цзюньмин:
Этого Адепта я почти не помню, но прозвище «Белый Жеребёнок» само слетело с языка... Неужели она моя давняя знакомая?
Цзы Бай:
Хмф, как и ожидалось - всего лишь невежда! Нет, неисправимый чудак... А если подумать, пожалуй, занятная личность.
Паймон:
Какое же впечатление он произвёл на Цзы Бай?
Цзы Бай:
Но, насколько я помню, Безумец Лань никогда не искал бессмертия и должен был давно покинуть этот мир... Значит, перед нами и правда лишь пленённый осколок души.
Цзы Бай:
Раз этот осколок души был оставлен здесь, значит, та часть его души, что вернулась в артерии земли, тоже неполна. Пока этот осколок остаётся в заточении, он не сможет обрести истинный покой.
Паймон:
Так вот оно что... Всё-таки дело серьёзное.
Лань Янь:
Мы пришли к вам, чтобы снять с него Искусство пленения души. Но на заклинании лежит печать, которую я не могу разрушить.
Цзы Бай:
Позвольте взглянуть... Я, пожалуй, могу силой сорвать эту запретную печать и снять заклинание.
Цзы Бай:
Но печать весьма необычна. Если разрушить её силой, осколок души может рассеяться вместе с ней. Рисковать нельзя, лучше найти другой способ.
Лань Цзюньмин:
Как я и говорил, даже Адепту придётся поломать над этим голову, верно?
Лань Янь:
Если бы удалось найти того, кто наложил заклинание...
Цзы Бай:
Заклинатель? Так он прямо перед вами.
Цзы Бай:
Насколько мне известно, Искусство пленения души изобрёл сам Безумец Лань. Кто владеет им лучше создателя?
Цзы Бай:
Заклинание на нём держится очень прочно, а дополнительная печать весьма искусна. Очевидно, это его собственная работа.
Цзы Бай:
Возможно, он наложил на себя Искусство пленения души, потому что хотел зачем-то сохранить эту часть души.
Лань Цзюньмин:
Ха-ха, пусть я многое забыл, но главное всё же помню. В итоге придётся последовать моему совету, верно?
Цзы Бай:
Что же задумал Безумец Лань?
Лань Янь:
Госпожа Цзы Бай, позвольте мне всё вам объяснить.
Лань Янь пересказала Цзы Бай предыдущий разговор.
Цзы Бай:
Вот оно что... Он применил к себе Искусство пленения души, лишь бы сохранить себя до праздника? И даже наложил дополнительную печать, чтобы всё было наверняка.
Цзы Бай:
Впрочем, это вполне в духе Безумца Ланя.
Чжун Ли:
Ожидая праздника, люди чаще думают не о самом торжестве, а о связанных с ним людях и событиях.
Лань Янь:
Поэтому мы подумали: если помочь ему увидеть ту Лунную охоту, какой он её помнит, это пробудит его воспоминания.
Лань Янь:
Если исполнить его последнее желание, печать должна исчезнуть.
Цзы Бай:
Вот как? В этом есть смысл... Вы сказали, что Лунная охота из его воспоминаний относится к эпохе до переселения жителей древнего Гуйли на юг?
Паймон:
Да-да! Ты ведь наверняка знаешь всё, что было связано с луной в те времена?
Цзы Бай:
Какое совпадение: мы со старым другом только что говорили об этом. Вы слышали об Обряде Лунной охоты?
Цзы Бай:
Задолго до того, как слова «Лунная охота» вошли в праздничный обиход смертных, Властелин Камня попытался пробудить меня. Так возник Обряд Лунной охоты.
Цзы Бай:
Жители древнего Ли Юэ стали подражать этому обряду, и так появились некоторые обычаи Лунной охоты.
Цзы Бай:
Безумец Лань, это та Лунная охота, к которой ты стремишься?
Лань Цзюньмин:
Подражать обрядам Адептов? Не похоже, чтобы я стал этим заниматься.
Лань Цзюньмин:
В мире смертных есть прекрасные вина и яства, зелёные горы и чистые воды. Я брожу среди них, забывая о времени. Некогда мне следить за Адептами.
Лань Цзюньмин:
Нет, это определённо не та Лунная охота, которую я ищу.
Цзы Бай:
Хмф, теперь я могу дать тебе точную оценку. Ты всего лишь заурядный смертный, неспособный отрешиться от мирской суеты.
Паймон:
И что теперь делать? Неужели единственная зацепка тоже оборвётся?
Чжун Ли:
Хм...
Лань Янь:
Господин Чжун Ли, у вас есть какие-нибудь предложения?
Чжун Ли:
Об обычаях, связанных с Лунной охотой, я кое-что слышал.
Чжун Ли:
В не столь давние времена на Тростниковых островах тоже существовали обычаи, связанные с луной.
Чжун Ли:
Там почитатели старины собирались золотой осенью, поднимались на возвышенности, любовались луной, пили вино и слагали стихи. Праздник любования луной, вот как они это называли.
Чжун Ли:
Говорят, такие празднества были одной из традиций, предшествующей Лунной охоте. Возможно, они связаны с той Лунной охотой, которой интересуется господин Лань.
Цзы Бай:
Там есть прекрасное вино и яства. Это именно то, что нужно.
Лань Цзюньмин:
Праздник любования луной... Когда? Где?
Чжун Ли:
Через два дня на постоялом дворе «Ваншу» устроят похожее празднество.
Паймон:
Тогда давайте тоже туда сходим? Вдруг это поможет ему что-нибудь вспомнить.
Лань Янь:
Благодарю вас, господин Чжун Ли.
Лань Янь:
Кстати, как мне к вам обращаться? Вы предок рода Лань и основатель школы Цимэнь...
Лань Цзюньмин:
Предок... Так я, оказывается, оставил после себя целый клан? Вот уж не думал... Но основатель школы звучит приятнее.
Лань Янь:
Вы наверняка задумали что-то важное. Мне всё же кажется, что нужно сообщить старейшинам клана и попросить их о помощи.
Лань Цзюньмин:
А что бы ты сделала, если бы тебя окружили старейшины?
Лань Янь:
Тогда... я бы при первой возможности сбежала на склон подышать свежим воздухом.
Лань Цзюньмин:
И я!
Лань Янь:
...Хи-хи, я поняла.
Лань Цзюньмин:
Я уже видел, на что ты способна. Этого вполне достаточно. Считай, что помогаешь основателю школы Цимэнь, хорошо?
Путешественник,:
Не волнуйся, Лань Янь.
Паймон:
Да! Паймон всё любопытнее. Очень хочется увидеть Лунную охоту из его воспоминаний!
Лань Янь:
Тогда поручите это мне. Путешественник, Паймон, отправимся через два дня.
Паймон:
Без проблем!
Чжун Ли:
Белый Жеребёнок...
Цзы Бай:
Когда моя третья смертная сущность странствовала по миру, я встретила этого бродягу, и он сразу дал мне такое прозвище.
Чжун Ли:
И всё же, когда ему понадобилась помощь, ты тут же готова была поддержать его.
Цзы Бай:
В конце концов, это его желание. Разве я могла устоять?
Цзы Бай:
Но чего он желает на самом деле? Не верю, что он лишь хотел отметить праздник.