arrow_back Genshin Impact: Nhiệm Vụ
Оды Гармонии. Финал

Реквием


Язвы скорбной судьбы
Ради господина Осси и ради всех жителей Петрикора вы вступаете в последнюю схватку с Боэцием.
Паймон:
Ох, мы внутри! Это было непросто!
Паймон:
Похоже на внутренности какого-то механизма, а вовсе не на дворец...
Путешественник,:
Это место... такое знакомое.
Паймон:
Это и есть дворец из воспоминаний Рема?
Паймон:
Так вот почему господин Грубиян хотел сюда... Ох, будет ужасно, если он добьётся своего!
Паймон:
И мы не знаем, что случилось с господином Осси...
Паймон:
Но нам остаётся только двигаться дальше...
Боэций:
Какой навязчивый мусор...
Боэций:
Вы починили водные пути, чтобы отпраздновать моё рождение в качестве древнего божества?
Боэций:
Должен предупредить, в моём мире не нужны водные пути, и корабли мне ни к чему...
Боэций:
Ведь всем суждено найти вечное счастье в моей симфонии.
Путешественник,:
Мы напишем финальные ноты на твоей партитуре.
Паймон:
Верно! Признай поражение и отпусти все души... И господина Осси тоже!
Боэций:
Хм! Кассиодор уже согласился присоединиться к ритуалу. Он вернулся в объятья Ремурии.
Боэций:
Воля всех существ, принадлежащих Ремурии, сольётся в одно тело. Где теперь ваша «дружба»? Может, она была лишь притворством?
Осси:
...
Паймон:
Господин Осси!
Осси:
(Доверьтесь мне...)
Боэций:
Что?! Как же...
Боэций:
Почему я не могу... управлять телом?! Кассиодор... Ах ты!..
Боэций:
Попался, Боэций. Вся твоя воля здесь, как и Фобос. На этот раз не сбежишь.
Боэций:
Что?! Я же гармост, дирижёр симфонии! Как ты?..
Боэций:
Ты забыл? Прежде чем севаст отделил меня от симфонии, я тоже был гармостом! А теперь, вернувшись в симфонию, ты потерял титул единственного дирижёра!
Боэций:
Ха! Ты согласился присоединиться лишь для того, чтобы ослабить мою защиту и предать вновь! Предать меня и Ремурию!
Боэций:
Вспомни о наших сородичах, заключённых в глубине вод, о пытках, которым они подвергаются тысячелетиями...
Боэций:
Неужели ты готов разрушить всё, что нам дорого, нашу последнюю надежду, ради каких-то ничтожных земных созданий?!
Боэций:
Предатель здесь лишь ты, и ты виноват в заключении нашего народа. Поэтому от нашей страны и остались одни руины!
Боэций:
Справедливость, которую нам даровал севаст... Золотой идеал был в том, чтобы следовать за мелодией наших сердец и получить свободу от мрачной судьбы.
Боэций:
Мы не хотели осуждения Фортуной, и не хотели становиться твоими рабами.
Боэций:
Когда Фобос разрушился, народ должен был обрести свободу. Если бы не твой обман, их кошмар давно бы закончился.
Боэций:
Ремурия ещё не пала! С Фобосом, её путеводной звездой, она ещё воссияет!
Боэций:
«Сколь ни был бы громок шум камня и металла, если не будет воды и земли, люди не смогут выжить».
Боэций:
Даже величайшая сила не будет иметь смысла, если не ценит саму жизнь.
Боэций:
Разве ты не человек, Боэций? Мы, ремурийцы, когда-то были простыми фонтейнцами.
Боэций:
Хоть мы и лишились дряхлеющей и одолеваемой болезнями плоти, обретя нерушимую форму, в нас всё ещё есть смертная душа и присущие ей эмоции и слабости.
Боэций:
Но мы забыли. Забыли, откуда пришли. Поверили, что вознеслись над людьми. Так и пала Ремурия.
Боэций:
Помнишь мои слова, Nhà Lữ Hành? Пора!
Паймон:
Ох, у Паймон голова кружится...
Путешественник,:
Кассиодор...
Кассиодор:
Nhà Lữ Hành, Паймон. Не думал, что мы встретимся вновь.
Паймон:
Ты... Ты же господин Осси!
Паймон:
Ой, и Боэций здесь... Он же ничего не выкинет, правда?
Паймон:
Ой, нет! Паймон глазам не верит! Что это там летает?!
Кассиодор:
Значит, и ты видишь это создание позади иллюзии «Боэция»?
Фобос:
Ха-ха-ха! Нашли меня!
Фобос:
Вовсе это не иллюзия. Вы узрели истинную форму Боэция, ведь Боэций - это я!
Фобос:
Конечно, я не только «он», но и «ты»...
Фобос:
Я - каждая мелодия, каждое движение, каждая мысль... Я сумма всех душ!
Фобос:
Я есть... Фобос.
Фобос:
Кроме тебя, дитя из внешнего мира. Ты не один из нас.
Кассиодор:
Фобос... Значит, у повелевающей всеми симфонии есть личность?
Фобос:
Фобос, или же «тот, что некогда был Сивиллой», был выжившим в последнем потопе, который поглотил землю.
Фобос:
Желанием Сивиллы было подарить счастье всем, кого можно назвать людьми. Но она не обладала личностью, а её сил было недостаточно.
Фобос:
Посему она вверила свою мудрость Рему, который дополнил её своей силой и создал «симфонию»Фобос. То есть меня.
Кассиодор:
Немыслимо...
Кассиодор:
Выходит, что музыка, которую мы играли, и судьба, которую мы приняли... всё это исходило от тебя...
Фобос:
Да, от «меня», но и от «вас» тоже! «Я» - это «все вы». Я вместилище всех ваших желаний.
Кассиодор:
Избавиться от врагов, уничтожить другие формы жизни, города, деревни... Это всё тоже «наши желания»?!
Фобос:
Разумеется! «Вы» желали этого, а «я» исполнил. Разорение, ненависть, насилие... Всё это тоже часть «ваших» желаний.
Фобос:
Разве это не значит радость для «всех»?
Путешественник,:
Какой вздор...
Паймон:
Что за ерунда!
Кассиодор:
Нет, это не истинные желания. Высокомерие и ненависть, терзающие нас, повлияли и на тебя, превратив в ужасное чудовище...
Кассиодор:
Это не сделает счастливыми ни нас, ни кого бы то ни было!
Кассиодор:
Теперь понятно, почему ты вёл нас к разрушению. Должно быть, его величество это почувствовал, и...
Фобос:
Рем... Да, он пытался меня уничтожить. Но почему? Ведь без меня вы бы вновь погрузились в раздор и агонию...
Фобос:
Ах... Выходит, ради всех вас у меня не остаётся другого выбора...
Кассиодор:
Погоди! Ты хочешь сказать, что даже тогда Боэций...
Кассиодор:
Да, вероятно. Мы бы никогда не смогли перечить приказам севаста, если бы только сама симфония не восстала против него... Что ты сделал с Боэцием?
Фобос:
Разумеется, он стал частью «нас». Переводя на ваш простой язык, можно сказать, что я его съел!
Паймон:
Съел... Ох...
Фобос:
В чём дело? Это тоже было его желанием, которое лишь я мог воплотить... Я уверен, что сделал его счастливым!
Кассиодор:
Так вот почему Боэций стал твоей марионеткой... Он сделал всё, чтобы помочь твоему возвращению.
Фобос:
Всё ради «вашего»... ради «всеобщего» счастья.
Кассиодор:
Ха-ха-ха... Нет. Нет! Пришло время положить этому конец...
Кассиодор:
Я поймал тебя в ловушку этого тела. Тебе не выбраться, я тебя уничтожу.
Фобос:
«Твоё» желание - сгинуть вместе со «мной»? Это осчастливит тебя? Но... я не могу этого исполнить.
Кассиодор:
Я более не ремуриец и не могу стать фонтейнцем. Согласившись помочь севасту в исполнении его желания, я выбрал свою судьбу.
Кассиодор:
Да, это моё желание, из-за которого я странствовал по миру...
Кассиодор:
Я положу конец тысячелетнему кошмару!
Кассиодор:
Давай, Nhà Lữ Hành! Фобос и я... уничтожь нас обоих!
Путешественник,:
Но...
Кассиодор:
Я преисполнен радости, Nhà Lữ Hành! Мне открылись планы и надежды севаста...
Кассиодор:
Его величество хотел освободить всех от симфонии, от ненависти и раздора, принеся себя в жертву.
Кассиодор:
Он до последнего хотел спасти свой народ... Теперь же я исполню желание, о котором он не догадывался. Это наш последний шанс, и только ты поможешь мне им воспользоваться.
Кассиодор:
Поэтому его величество... судьба... привели тебя сюда, мой друг!
Паймон:
Господин Осси... Это ты?..
Кассиодор:
Конец...
Кассиодор:
Похоже, я скоро исчезну...
Кассиодор:
Всё в порядке. Я прошёл путь, мне предназначенный, и исполнил то, что мне было предначертано. В этом мире больше не будет ни Кассиодора, ни Золотого охотника.
Кассиодор:
Уверен, что жители этого мира будут счастливо жить дальше...
Паймон:
Но... Но ведь...
Кассиодор:
Nhà Lữ Hành, Паймон, благодарю вас, что вы были со мной всё это время...
Кассиодор:
Я достиг конечной точки своего путешествия...
Кассиодор:
Но ваш путь ещё не окончен.
Кассиодор:
Пожалуйста, сыграйте Реквием ради меня и его величества. Пусть наши души вернутся в этот мир, в великое море...
Кассиодор:
«Если вода разучилась течь и пропитывать всё собою, как ей превратиться обратно в воду? Если дерево оторвано от земли, где ему пустить корни?»
Кассиодор:
«Сколь ни был бы громок шум камня и металла, если не будет воды и земли, люди не смогут выжить».
Кассиодор:
Возможно, мы встретимся вновь, среди плодородных зелёных полей.
Осси:
Мяу?! Мяу!
Паймон:
Ох, здоровяк! Ты напугал Осси!
Сцилла:
Ты про Кассиодора? Нет... Знакомое чувство исчезло. Где теперь Кассиодор? Вернулся в одно из каменных тел?..
Паймон:
Кассиодор... Господин Осси исчез... вместе с Боэцием и Фобосом...
Рассказав обо всём Сцилле, вы некоторое время утешаете Осси...
Паймон:
Вот так вот. И остался только Осси...
Осси:
Мяу-мяу?
Паймон:
Ха-ха, неплохо, Осси! Ты, наверное, тоже удивился этому здоровяку, да? Какой храбрый котёночек!
Сцилла:
Выходит, вы победили этого злого духа, и Кассиодор... смог исполнить свою мечту.
Сцилла:
Уверен, его душа вернулась в глубокие воды и воссоединилась с сородичами!
Сцилла:
Нам нужно лишь завершить последнюю песню Рема, и души вернутся в этот мир, в высокое море...
Сцилла:
Жизнь течёт как вода. Они присоединятся к потоку, и однажды вернутся как смертные.
Сцилла:
Что ж, начнём.
Сцилла:
Сыграй эту последнюю мелодию, этот Реквием.
Когда всё закончится, вы вернётесь туда, где всё началось, - в Петрикор...
Паймон:
Симфония, оставленная Ремом... завершается?..
Паймон:
Мы исполнили Реквием, и души, заточённые в морских глубинах, освободились.
Паймон:
С жителями деревни теперь всё должно быть в порядке, да?
Сцилла:
Спасибо, что исполнили этот последний аккорд, эти желания, которые томились тысячи лет.
Сцилла:
Неважно, мои это были желания, желания Рема, или же всех тех, кто хотел защитить мир.
Паймон:
Паймон сразу подумала о господине Осси...
Осси:
Мяу-мяу!
Паймон:
Тебе нравится это имя, да? Хе-хе, но мы сейчас не про тебя.
Сцилла:
Его душа вернулась в высокое море. Там он сможет обрести покой. Думаю, для него это было словно высвобождение.
Сцилла:
Что же до моих сородичей и потомков, то, похоже, нам явился новый истинный дракон.
Сцилла:
Раз уж я был принцем Гидро вишапов, то мне следует просить у него аудиенции... Интересно, считаюсь ли я до сих пор потомком драконов.
Сцилла:
Слишком много воды утекло, и слишком мало меня связывает с этим миром.
Паймон:
Что ты будешь делать дальше?
Сцилла:
Что ж! Было непросто вернуть свободу, потому я от души поплаваю глубоко под водой!
Сцилла:
В конце концов, никто меня впредь не побеспокоит, ну кроме вас, конечно!
Паймон:
Эй, что значит «побеспокоит»?
Сцилла:
Ха-ха, шутка. И всё же, не пора ли вам вернуться к себе? Наши пути здесь расходятся.
Сцилла:
Но вы всегда будете моими желанными гостями. Никого здесь не осталось, мне может стать одиноко.
Паймон:
Хе-хе! Ты уже по нам скучаешь, да?
Сцилла:
Глядя на вас, даже я преисполняюсь надеждой на светлое будущее для земных созданий!
Сцилла:
Что ж, до встречи.
Сцилла исчез в водяном вихре...
Паймон:
Ну, куда отправимся?
Паймон:
Ах да, нужно вернуться к господину Эсту и рассказать, что теперь всё в порядке. Мы ведь обещали!
Паймон:
И Осси... Хм, как его теперь назовём? Какая сложная ситуация...
Паймон:
Ладно, сначала вернёмся в деревню.
Сцилла:
Ах, до чего же ослепителен ихор, как и тысячи лет назад! Это значит, что время...
Сцилла:
Ворота золотого дворца распахнутся, как тогда, когда золотые водные пути запели, в те дни, когда его мелодия доносилась отсюда до всех далёких земель.
Сцилла:
Ах, я уже слышу эту прекрасную мелодию.
Сцилла:
Давайте сыграем, Nhà Lữ Hành и Паймон! Тогда вы сможете попасть в золотой дворец.