arrow_back Genshin Impact: задания
«Акицу Кимодамэси» III

Течение жизни

Список заданий

Течение жизни
Вы думали, что всё дело в малышах-ёкаях и небольшом недоразумении. И даже не подозревали, что здесь скрыта какая-то тайна...
Сиканоин Хэйдзо:
Путешественник, Паймон, позвольте стать вашим напарником в последнем раунде Испытания смелости!
Сиканоин Хэйдзо:
Вы единственные, кто видел призрака, и я хочу вместе с вами выяснить, что случилось.
Паймон:
Паймон согласна! Путешественник, а ты что думаешь?
Путешественник,:
Не возражаю! Хэйдзо, у тебя есть идеи?
Сиканоин Хэйдзо:
Улик мало, и я могу лишь строить догадки.
Сиканоин Хэйдзо:
Но есть несколько мест, которые стоит проверить. Можем сделать это вместе.
Паймон:
Конечно! С чего начнём?
Сиканоин Хэйдзо:
Сначала отправимся на место нашей первой встречи. Из ваших слов я понял, что там вы и увидели «призрака», после чего потеряли сознание.
Сиканоин Хэйдзо:
Думаю, там должны остаться какие-то подсказки.
Паймон:
Нам точно надо туда возвращаться?.. А мы... Гм... не угодим в западню?
Сиканоин Хэйдзо:
Ты боишься, что она вас там подстерегает? А по-моему, так было бы даже проще.
Сиканоин Хэйдзо:
Я куда больше боюсь её упустить. Если же мы найдём её там, это сэкономит мне уйму времени.
Паймон:
Хэйдзо, какой ты смелый...
Сиканоин Хэйдзо:
Я провёл столько расследований, что уже забыл про страх. Идём!
Сиканоин Хэйдзо:
Судя по всему, это то самое место, где вы впервые встретили призрака.
Сиканоин Хэйдзо:
Конечно, пока мы не знаем точно, призрак это был или нет.
Сиканоин Хэйдзо:
Давайте восстановим по порядку, как всё было. Вы помните, что она говорила?
Паймон:
Дай подумать...
Паймон:
Она велела нам не приближаться. И ещё сказала, что если мы сейчас же не уберёмся, то наши души останутся здесь навечно.
Паймон:
Ой, Паймон не хочется об этом думать... От одних воспоминаний в дрожь бросает!
Сиканоин Хэйдзо:
А потом?
Паймон:
Потом перед глазами стало темно, голова закружилась... Всюду мерцали какие-то призрачные огни...
Паймон:
Паймон помнит, что призрак была словно окутана чёрным туманом. Она подошла ближе, и Паймон потеряла сознание.
Сиканоин Хэйдзо:
Так. По описанию действительно похоже на проделки призрака.
Паймон:
Да! Значит, теперь ты веришь, что это призрак?
Сиканоин Хэйдзо:
Я не отрицаю такой возможности. Но меня больше интересует, чего она добивалась.
Сиканоин Хэйдзо:
Пусть даже это призрак, поскольку она обладает разумом, все её действия должны быть подчинены какой-то реальной цели.
Паймон:
Она сама сказала, что хочет забрать себе наши души!
Сиканоин Хэйдзо:
Думаю, она так сказала, чтобы запугать вас.
Паймон:
А? Правда?
Сиканоин Хэйдзо:
Сама подумай: если бы она в самом деле могла забрать ваши души, зачем ей раз за разом предупреждать вас об этом?
Сиканоин Хэйдзо:
И в таком случае ей не стоило отпускать вас, позволив вам унести с собой такой секрет.
Паймон:
Звучит разумно. Почему же Паймон это не пришло в голову?
Путешественник,:
Паймон была слишком напугана, чтобы подумать.
Сиканоин Хэйдзо:
У меня есть только две версии. Первая: она хотела забрать ваши души, но для этого требовались особые условия. Обычно такое называется проклятьем.
Сиканоин Хэйдзо:
Но если бы на вас было наложено проклятье, вы бы наверняка это почувствовали.
Сиканоин Хэйдзо:
Поэтому такая версия маловероятна. Я склоняюсь к тому, что она просто хотела обратить вас в бегство.
Паймон:
Зачем ей это понадобилось?.. Стой, Паймон поняла!
Паймон:
Может, она хотела, чтобы мы вышли из испытания? Тогда все награды за Испытание смелости достались бы ей одной!
Путешественник,:
Она тоже подала заявку на участие в Испытании смелости?
Паймон:
Гм, вряд ли... Тогда зачем ей понадобилось пугать нас? Хэйдзо, как ты думаешь?
Сиканоин Хэйдзо:
Если судить по вашему рассказу, вряд ли она пыталась навредить вам. Она просто хотела, чтобы вы ушли.
Сиканоин Хэйдзо:
Но у меня слишком мало информации, чтобы делать обоснованные предположения. Она вполне могла охранять какое-то сокровище или покрывать преступника.
Сиканоин Хэйдзо:
Но... интуиция подсказывает мне, что обе эти догадки неверны. Давайте лучше обыщем окрестности.
Путешественник,:
(Мы осмотрели окрестности, но ничего не обнаружили.)
Путешественник,:
(Если посмотреть наверх, видно, что несколько ветвей немного согнулись, как будто на них висело что-то тяжёлое.)
Путешественник,:
(На земле видны следы.)
Путешественник,:
(Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что эти следы принадлежат нам с Хэйдзо. Неужели это и правда был призрак?..)
Сиканоин Хэйдзо:
Ну как, есть что-нибудь?
Путешественник,:
Некоторые ветки расположены не совсем обычно.
Паймон:
Мы заметили, что ветки немного согнулись, как будто на них висело что-то тяжёлое. А так ничего не нашли.
Сиканоин Хэйдзо:
Ясно. Когда мы разделились, я внимательно осмотрел окрестности.
Сиканоин Хэйдзо:
Кроме погнутых веток кое-где я обнаружил следы огня, но это мало что нам даёт.
Сиканоин Хэйдзо:
Найти бы более очевидные улики...
Хитоцумэ Кодзо:
Извините... Гм... Надеюсь, не помешали...
Паймон:
О, это вы, ребята! Как вы здесь оказались?
Ёко:
Мы узнали, что вы ищете улики, и решили помочь.
Паймон:
Какие вы храбрые!
Каппа:
Н-на самом деле мы толком не знаем, что здесь происходит...
Каппа:
Мы расспросили ребят из банды Аратаки, и они рассказали нам всё, что видели. Звучало и правда очень страшно.
Каппа:
Вы видели либо страшного духа, либо злого и очень сильного ёкая... Ни то, ни другое не сулит ничего хорошего.
Каппа:
Но... но мы всё равно хотим провести Фестиваль цветов Микавы...
Хитоцумэ Кодзо:
...
Ёко:
Мы очень давно мечтаем о такой же дружбе, как между Камаем и тем самураем.
Ёко:
Поэтому мы надеемся провести Фестиваль цветов Микавы, чтобы отплатить за то добро, которое сделали нам люди.
Ёко:
Мы не всесильны, но будем стараться сохранить эту дружбу. Фестиваль цветов Микавы должен стать весёлым праздником для всех.
Сиканоин Хэйдзо:
Лес Тиндзю очень большой, так что нам пригодится помощь в расследовании.
Сиканоин Хэйдзо:
Добро пожаловать в команду! Давайте вместе попытаемся выяснить, что здесь произошло.
Хитоцумэ Кодзо:
Не беспокойся, мы хорошо знаем эти места. Не пропустим ни одной подсказки!
Каппа:
Уф... уф...
Каппа:
Смотрите, я нашёл это ниже по течению...
Хитоцумэ Кодзо:
Что это?
Ёко:
Похоже на обрывок чёрной ткани. Но такую ткань я вижу впервые.
Сиканоин Хэйдзо:
Это затеняющая ткань.
Паймон:
Затеняющая?
Сиканоин Хэйдзо:
Да. Из-за способности блокировать свет такую ткань часто используют в представлениях на сцене.
Сиканоин Хэйдзо:
Край неровный, скорее всего, ткань порвалась об острый камень или ветку...
Паймон:
Ветку?..
Сиканоин Хэйдзо:
Предположим, что на дереве висело целое полотно затеняющей ткани, и ветки погнулись под его тяжестью.
Сиканоин Хэйдзо:
Когда полотно снимали, один угол мог зацепиться за ветку, оторваться и упасть в воду.
Сиканоин Хэйдзо:
Она либо этого не заметила, либо слишком спешила. Видимо, ей нужно было ещё много всего сделать.
Паймон:
Зачем ей понадобилось вешать такую ткань на дерево?
Сиканоин Хэйдзо:
Это всего лишь предположение, но...
Сиканоин Хэйдзо:
Возможно, она намеренно создавала весь тот антураж, который вы увидели.
Путешественник,:
Что ты хочешь сказать?
Сиканоин Хэйдзо:
Давайте пока отложим этот вопрос. Нам предстоит ещё много всего выяснить.
Сиканоин Хэйдзо:
Мне нужно осмотреть то место, где она напугала ребят из банды Аратаки. Вы знаете дорогу?
Хитоцумэ Кодзо:
Я могу показать.
Хитоцумэ Кодзо:
Я разузнал у ребят из банды, где они видели призрака. Я вас отведу!
Сиканоин Хэйдзо:
Будем очень тебе благодарны.
Сиканоин Хэйдзо:
Идём, выясним, что там случилось.
Хитоцумэ Кодзо:
Пришли!
Хитоцумэ Кодзо:
Они говорят, что когда здесь проходили, кругом вдруг стало темно, а потом замерцали какие-то призрачные огни...
Паймон:
А? Звучит знакомо...
Паймон:
С нами было так же.
Сиканоин Хэйдзо:
Давайте следовать прежнему плану: сначала внимательно осмотрим окрестности.
Каппа:
Я нашёл какой-то странный порошок в щелях между камнями...
Каппа:
Я потёр его в руках, понюхал, и голова закружилась... Даже в сон потянуло...
Хитоцумэ Кодзо:
Я нашёл под деревом что-то вроде разбитого шара.
Хитоцумэ Кодзо:
Изнутри он весь почернел от дыма. А ещё он пахнет фейерверками.
Ёко:
Судя по следам огня, обнаруженным на месте происшествия, призрачное мерцание, которое вы видели, едва ли было порождением магии ёкая.
Ёко:
Скорее всего, это был настоящий огонь. А вот что именно горело, я сказать не могу...
Сиканоин Хэйдзо:
Похожие приёмы... и она не успела толком замести следы...
Сиканоин Хэйдзо:
Думаю, мы в одном шаге от истины.
Сиканоин Хэйдзо:
Можно с уверенностью сказать, что женщина, которую вы встретили, не призрак.
Сиканоин Хэйдзо:
Она не владеет сверхъестественными силами. Просто наводит на людей страх, пользуясь приготовленной заранее бутафорией.
Паймон:
Бутафорией? Но мы до смерти перепугались! Обычной бутафорией нас так не напугать!
Сиканоин Хэйдзо:
Во-первых, Испытание смелости уже само по себе способствовало созданию пугающей атмосферы.
Сиканоин Хэйдзо:
Сначала вас напугала встреча с ёкаями. А потом появилась эта загадочная женщина - само собой, вы занервничали.
Сиканоин Хэйдзо:
Когда нервничаешь, начинаешь дышать чаще, поэтому вы вдохнули много снотворного порошка, который она заранее рассыпала, и почувствовали головокружение.
Сиканоин Хэйдзо:
Тогда она опустила затеняющий полог, зажгла «призрачные огни», и эффект получился довольно жуткий... По крайней мере, это наиболее вероятное объяснение.
Ёко:
Получается, это была простая постановка?
Паймон:
Вот же! А мы поверили!
Сиканоин Хэйдзо:
Но остаётся ещё один вопрос. Человек, поручивший мне это расследование, застрял на берегу, потому что его удерживала некая сверхъестественная сила.
Сиканоин Хэйдзо:
С набором обычной бутафории такого не провернуть... Но если она владеет сверхъестественной силой, зачем ей понадобилась бутафория?
Паймон:
У Паймон уже голова кругом.
Сиканоин Хэйдзо:
...
Сиканоин Хэйдзо:
В лесу она пугает людей с помощью представлений, а на берегу пускает в ход магию... Вот оно что, кажется, я понял.
Паймон:
Уже?
Сиканоин Хэйдзо:
Да. Если исключить вероятность того, что у неё были сообщники, остаётся только один ответ.
Сиканоин Хэйдзо:
Я знаю, кто эта женщина. Идём на берег, надо с ней повидаться!
Ёко:
И мы пойдём!
Сиканоин Хэйдзо:
Нет, вам лучше вернуться и успокоить всех остальных. Пусть не тратят время на поиски.
Сиканоин Хэйдзо:
Правда вышла наружу. Пора прекратить бессмысленную панику и дожидаться результатов Испытания смелости.
Хитоцумэ Кодзо:
Хорошо. Будьте осторожны!
Хитоцумэ Кодзо:
Если окажетесь в опасности, позовите нас! Мы услышим.
Сиканоин Хэйдзо:
Едва ли нам что-то угрожает, но всё равно спасибо. Идём.
???:
Я так и знала... Я знала, что вы сюда придёте.
Паймон:
Это она!
Паймон:
Паймон думала, ты заодно с ёкаями, но они сказали, что никогда тебя не видели.
Паймон:
Кто ты такая? Почему ты решила нас напугать?
???:
...
???:
Я предупреждала, вам не нельзя со мной говорить... Если вы не исчезнете сейчас же...
Паймон:
Ой! Паймон боится! Хэйдзо, но тут ведь нет никакой бутафории?
Сиканоин Хэйдзо:
Не двигайся. Доверься мне.
Сиканоин Хэйдзо:
Такому слабенькому ёкаю нас не запугать. И как бы тебе самой не исчезнуть...
Паймон:
Ёкаю?
???:
Откуда ты знаешь?..
Сиканоин Хэйдзо:
Ты ёкай, родившийся из вещи и оставивший свою форму, чтобы принять человеческий облик...
Сиканоин Хэйдзо:
Рядом со своей исходной формой такой ёкай ещё владеет магической силой, но чем дальше он удаляется от исходной формы, тем слабее становится его магия.
Сиканоин Хэйдзо:
И если разрушить исходную форму, рождённый из неё ёкай рано или поздно исчезнет.
Сиканоин Хэйдзо:
И как лучше к тебе обращаться? Цукумогами? Или Дух хагоиты?
Ханюда Тидзуру:
Оставь это... У меня есть имя, меня зовут Ханюда Тидзуру.
Паймон:
Тидзуру... Почему ты хотела, чтобы мы ушли?
Паймон:
Если ты тоже ёкай, ты должна понимать, почему другие ёкаи тянутся к людям...
Паймон:
И мы отлично повеселились, играя в «Акицу Югэй», правда? Совсем... совсем как самурай и Камай из легенды...
Ханюда Тидзуру:
Вот... поэтому...
Ханюда Тидзуру:
Просто я не хочу, чтобы вы тоже страдали...
Паймон:
Страдали? Что ты хочешь сказать?
Ханюда Тидзуру:
Ёкаи наверняка уже рассказали вам историю о Камае и самурае.
Ханюда Тидзуру:
Но им известно не всё.
Ханюда Тидзуру:
Всего за несколько десятилетий их воодушевление обратилось в горечь.
Ханюда Тидзуру:
Господин Камай ничуть не изменился, а его друг очень постарел. Радость их дружбы была отравлена ядом сожаления.
Ханюда Тидзуру:
Говорят, со стороны всё видно лучше. Наблюдая за их дружбой, я узнала жестокую правду. Разочарование и боль предначертаны нам с самого начала...
Ханюда Тидзуру:
Наш век длиннее человеческого, у нас иная природа, но мы живём с вами на одной земле. Мы встречаемся друг с другом, нас тянет друг к другу, но в конце концов наши пути расходятся.
Ханюда Тидзуру:
Когда уходит сладость грёз, на их месте останутся только печальные воспоминания и неизбывная боль...
Ханюда Тидзуру:
Даже такой мудрый ёкай, как господин Камай, чувствовал грусть, когда пришло время прощаться. Представь, что будет твориться в душе у наивных маленьких ёкаев.
Паймон:
И ты решила...
Ханюда Тидзуру:
Сначала я скрывалась на этом берегу, ожидая своего последнего часа.
Ханюда Тидзуру:
Но ёкаи устроили здесь «Акицу Югэй» и пробудили меня ото сна.
Ханюда Тидзуру:
Я не хотела, чтобы они с таким азартом искали дружбы с людьми только потому, что слышали легенду о Камае и Самурае. Не хотела, чтобы они повторяли ту же самую ошибку...
Паймон:
И поэтому ты притворилась призраком? Чтобы люди от страха обратились в бегство?
Паймон:
И ты держала того беднягу в ловушке на берегу? Но почему ты обошлась с ним так сурово?
Ханюда Тидзуру:
Моя магия почти рассеялась, мне приходилось разыгрывать страшные сцены с помощью реквизита. И я не могла показываться, когда вокруг много людей.
Ханюда Тидзуру:
Но этот жадный негодяй хотел похитить украшения, приготовленные для празднования «Акицу Югэй», чтобы потом продать их втридорога.
Ханюда Тидзуру:
И я обратилась к магии, чтобы преподать ему урок.
Паймон:
Вот оно что. Ты очень справедливая.
Паймон:
Кстати, а откуда ты знаешь продолжение истории про самурая и Камая?
Ханюда Тидзуру:
...
Сиканоин Хэйдзо:
Если не хочешь отвечать, не надо. Я уже сам догадался.
Сиканоин Хэйдзо:
Твоя настоящая форма - эти хагоиты... Я прав?
Паймон:
Хагоиты? Что? Неужели...
Сиканоин Хэйдзо:
Хагоиты, которые много веков назад держали в руках смертный самурай и ёкай Камай.
Сиканоин Хэйдзо:
Под воздействием мощной силы ёкая хагоиты постепенно обрели сознание. И ты была ближайшим свидетелем истории самурая и Камая.
Сиканоин Хэйдзо:
С тех пор прошли века, и, хотя ёкайская магия сохраняется, сами хагоиты почти истлели. Ты оказалась на краю гибели - конечно, чтобы кого-то напугать, тебе пришлось использовать бутафорию.
Сиканоин Хэйдзо:
И если я не ошибаюсь, эти хагоиты - цель третьего раунда Испытания смелости...
Яэ Мико:
Всё верно. Отличное расследование.
Яэ Мико:
Поздравляю, ребятки! Вы прошли третий раунд Испытания смелости.
Паймон:
Мико! А с ней... Жрица? Ты ведь пропала?
Жрица:
Извините. Это была идея госпожи Яэ...
Яэ Мико:
Ха-ха, ну что? Напугали мы вас?
Яэ Мико:
Страх порождается неизвестностью, а значит, чем непонятнее обстановка, тем лучше. Таинственное исчезновение одного из организаторов мероприятия добавило всем напряжения... Вот это настоящее Испытание смелости!
Паймон:
Значит, ты нарочно нас пугала!
Яэ Мико:
Хитоми, пойди и сообщи всем, что Испытание смелости завершено. И победитель уже известен.
Сиканоин Хэйдзо:
Правда вышла наружу, а значит, мне пора встретиться со своим нанимателем. Попытка хищения... Не особенно серьёзное преступление, но его нельзя оставлять безнаказанным.
Сиканоин Хэйдзо:
Путешественник, Паймон, до встречи!
Паймон:
Мико, ты выбрала хагоиты целью третьего раунда Испытания смелости, потому что заранее знала о Тидзуру?
Ханюда Тидзуру:
«Мико»... «Госпожа Яэ»... Значит, ты...
Яэ Мико:
На одном из Фестивалей цветов Микавы я была рядом с кицунэ Сайгу и смотрела, как она играет в «Акицу Хадзура»Ханэасоби.
Яэ Мико:
Тогда я и увидела тебя. У тебя ещё не было человеческого облика, а сознание только зарождалось.
Ханюда Тидзуру:
Я вспомнила... Ты сидела на плече у госпожи кицунэ Сайгу...
Яэ Мико:
Некоторое время назад я вышла прогуляться по берегу и ощутила знакомую силу.
Яэ Мико:
Сила почти рассеялась, но я всё-таки смогла тебя отыскать. Ты сидела на дереве и смотрела на путников вдали.
Яэ Мико:
Я услышала, как ты шепчешь сама себе: терпи, от людей нужно держаться подальше.
Ханюда Тидзуру:
Когда это было? Я вас не видела...
Яэ Мико:
От твоей силы почти ничего не осталось. Было бы странно, если бы ты меня увидела.
Яэ Мико:
Всё это время ты винишь себя... Ты знаешь, что самурай и Камай подружились за игрой в «Акицу Хадзура»Ханэасоби, и думаешь, что без тебя этого бы не случилось.
Ханюда Тидзуру:
Тогда я ещё не умела принимать человеческий облик, и сознание во мне только зарождалось.
Ханюда Тидзуру:
Они встретились на Фестивале цветов Микавы, и я чувствовала настоящую гордость, потому что тоже оставила след в их истории.
Ханюда Тидзуру:
Но после их финального прощания я часто слышала горькие вздохи господина Камая. Я винила себя и видела один выход - скрыться от мира. Когда я снова проснулась, мир был уже другим.
Ханюда Тидзуру:
Госпожа Яэ, вы известный ёкай, вы знаете многое из того, что мне неизвестно. Я хочу спросить вас...
Ханюда Тидзуру:
За каждой встречей следует разлука. Дружба коротка, и она оставляет по себе только сожаления и печаль.
Ханюда Тидзуру:
Так стоит ли ёкаям знаться с людьми?
Яэ Мико:
А почему нет? Скажи, тебе весело было играть в «Акицу Югэй» с путешественником?
Ханюда Тидзуру:
Очень весело. Но...
Яэ Мико:
Но «разум» шепчет тебе, что это было ошибкой, да?
Яэ Мико:
На самом деле ты тоже не знаешь всей истории о самурае и Камае.
Ханюда Тидзуру:
Разве? Ведь господин Камай и смертный самурай больше никогда не встретились.
Яэ Мико:
Но это не конец истории. Самурая звали Янагибаси Такуто, а ещё он известен как основатель школы Соран Иссин.
Яэ Мико:
Считается, что Такуто пришёл к такому стилю фехтования благодаря поединкам с Камаем. А потом наследник Такуто в третьем поколении, Томинага Масанари, тоже подружился с Камаем.
Яэ Мико:
Пятьсот лет назад Камай и Томинага до последней секунды сражались плечом к плечу, причём Томинага орудовал мечом, который унаследовал от Янагибаси. Сожаление, которое всё это время терзало Камая, наконец рассеялось.
Ханюда Тидзуру:
Вот как... Я не знала...
Яэ Мико:
Ёкаи действительно отличаются от людей. Для нас человеческий век слишком короток, и очень скоро наступает день, когда приходит пора прощаться.
Яэ Мико:
Но узы дружбы не рвутся, а продолжаются в новой форме.
Яэ Мико:
Не стоит печалиться. Время утекает сквозь пальцы, и жизнь проходит, словно сон. А значит, нужно быть счастливыми в настоящем. Ты наверняка понимаешь, что я имею в виду.
Аратаки Итто:
Эй! Друзья!
Паймон:
Итто! А ты как здесь оказался?
Аратаки Итто:
Ха-ха, Хитоми всё мне рассказала... Значит, ты выиграл Испытания смелости!
Аратаки Итто:
И я даже знаю, кто был призраком! В общем, мы тут всё обсудили...
Аратаки Итто:
Эй, а ты ведь та самая кицунэ? Как ты тут оказалась?
Яэ Мико:
Ха-ха, не обращай на меня внимания. И что же вы обсудили?
Аратаки Итто:
Хм, ладно! Прошу внимания! В честь окончания Испытания смелости мы собираемся провести Фестиваль цветов Микавы!
Аратаки Итто:
Я тут подумал и понял, что этим малявкам ёкаям не под силу провести такой праздник в одиночку. Но с моей помощью у них всё получится!
Аратаки Итто:
Итак! Благодаря Аратаки Итто, Номеру один среди óни, это будет лучший Фестиваль цветов Микавы в истории!
Ёко, Каппа и Хитоцумэ Кодзо:
Да здравствует Итто!
Яэ Мико:
Ох...
Паймон:
А нам точно стоит доверять ему организацию...
Аратаки Итто:
Эй, ты на что это намекаешь? Да и вообще, у меня будут помощники. Например, мой братан Аято!
Аратаки Итто:
Подготовка идёт полным ходом, и фестиваль начнётся совсем скоро. Так что не пропустите! Ха-ха-ха!
Ёко, Каппа и Хитоцумэ Кодзо:
Да здравствует Итто!
Яэ Мико:
Что за праздник без Яэ Мико? Я тоже загляну на огонёк.
Яэ Мико:
Да-а, давно я ничего не праздновала... Как удачно, что я прихватила с собой саке...
Паймон:
Надо признать, иногда Итто превосходит сам себя!
Паймон:
Хи-хи! Праздник, вкусняшки... Паймон тоже в деле!
Путешественник,:
Пойдёшь с нами, Тидзуру?
Ханюда Тидзуру:
...
Ханюда Тидзуру:
Хорошо. Если вы... не возражаете.
Камисато Аято:
Ну как, тебе понравилось Испытание смелости?
Камисато Аято:
Узнав, что ёкаи собираются устроить праздник, сначала я хотел рассказать об этом всем, чтобы на праздник пришло побольше людей.
Камисато Аято:
Но потом я понял, что это будет слишком неосторожно. Если с самого начала объявить, что мы устраиваем Фестиваль цветов Микавы, у публики будут слишком высокие ожидания.
Камисато Аято:
Поэтому я решил привлечь людей под предлогом участия в Испытании смелости, а остальное предоставил ёкаям.
Камисато Аято:
У меня было предчувствие, что Испытание смелости с участием ёкаев получится куда интереснее, хе-хе...
Ханюда Тидзуру:
Ох... Пришли. Спасибо, что согласился пойти со мной.
Путешественник,:
Ну что ты.
Ханюда Тидзуру:
На самом деле я была очень рада, когда научилась принимать человеческий облик.
Ханюда Тидзуру:
Я ёкай, родившийся из пары хагоит, я появилась на свет во время Фестиваля цветов Микавы, поэтому любовь к праздникам и веселью заложена в моей природе.
Ханюда Тидзуру:
Мне хотелось веселиться на праздниках, знакомиться с людьми, играть с ними в «Акицу Югэй».
Ханюда Тидзуру:
Но с приходом ночи мне всегда вспоминалось, как постаревший самурай с горькой улыбкой отложил хагоиту, как одинокий Камай вздыхал и пил саке.
Ханюда Тидзуру:
И я подумала... Если я подружусь с кем-то из смертных, однажды на его лице тоже появится эта горькая улыбка?
Ханюда Тидзуру:
Тогда я решила не приближаться к людям. Я пообещала себе не повторять ошибки Камая.
Путешественник,:
Понимаю.
Ханюда Тидзуру:
Извини, во время нашей первой встречи я изъяснялась так туманно... Наверное, ты здорово перепугался.
Ханюда Тидзуру:
Я думала, ты испугаешься и убежишь. Но когда мы встретились во второй раз, ты вёл себя так, будто ничего не случилось.
Ханюда Тидзуру:
Я знаю, ты решил, будто я заодно с маленькими ёкаями. И вместо того чтобы во всём сознаться, я играла с тобой в «Акицу Югэй»...
Путешественник,:
Почему?
Ханюда Тидзуру:
Гм... Сама не знаю.
Ханюда Тидзуру:
Может, я всегда мечтала поиграть в «Акицу Югэй» со смертным, как когда-то играл господин Камай.
Ханюда Тидзуру:
Может, я понимала, что мне осталось недолго... И хотела напоследок вырваться из одиночества.
Ханюда Тидзуру:
Словом, спасибо, что сыграл со мной.
Путешественник,:
...
Ханюда Тидзуру:
Во время поединка в «Акицу Югэй» Паймон сказала, что проигравший должен будет исполнить желание победителя.
Ханюда Тидзуру:
Тогда я пожелала больше никогда вас не видеть.
Ханюда Тидзуру:
Но вы всё равно отыскали меня, и моё желание не было исполнено. Значит... я могу загадать новое?
Ханюда Тидзуру:
Надо подумать... Хочу, чтобы ты меня помнил... Нет, если можно загадать только одно желание, лучше выбрать другое.
Ханюда Тидзуру:
Гм, итак... Моё желание...
Ханюда Тидзуру:
Хочу, чтобы каждый новый день твоих странствий был наполнен праздничной радостью.
Ёимия:
Каждый год, когда на небе распускаются фейерверки, я говорю себе: «Вот и ещё один год прошёл».
Ёимия:
Годы пролетают один за другим, и наша жизнь незаметно приближается к концу.
Ёимия:
Но расстраиваться не о чем. Огни фейерверков быстро гаснут, а дружба остаётся с нами навсегда.
Яэ Мико:
Когда Аято предложил мне провести Испытание смелости, я поняла, что это прекрасная возможность помочь Тидзуру справиться с терзавшей её болью.
Яэ Мико:
Расставание Камая и самурая было первым опытом, который она пережила, когда у неё только зарождался разум и ещё не было человеческого облика.
Яэ Мико:
Для неё это переживание оказалось очень болезненным, и простыми разговорами ей было не помочь.
Яэ Мико:
Я понимала, что лучшее лекарство для неё - общение с людьми. Не расстраивайся, я думаю, она уходила в радостных чувствах.
Аратаки Итто:
Быстротечность жизни, горечь разлук... Слова знакомые, но я понятия не имею, что всё это значит.
Аратаки Итто:
Самое главное - я знаю, что никогда не пожалею о нашей встрече! Ха-ха-ха!
Горо:
У Тидзуру очень грустная история.
Горо:
Честно говоря, я чувствую такую же печаль, когда сражаюсь на поле боя. Не знаю, когда потеряю своих товарищей, поэтому стараюсь ценить каждое мгновение.
Камисато Аяка:
Ах... Когда Тидзуру рассказала о том, как проходил Фестиваль цветов Микавы раньше, мне захотелось встретиться с ней ещё раз.
Камисато Аяка:
Не думала... что нам так скоро придётся проститься.
Сиканоин Хэйдзо:
Кадзуха, ты сейчас не занят?
Сиканоин Хэйдзо:
Есть одно дело, хочу привлечь тебя к расследованию.
Каэдэхара Кадзуха:
Что-то трудное?
Сиканоин Хэйдзо:
Не особо. Просто старое дело, в котором почти не осталось зацепок.
Сиканоин Хэйдзо:
Но я уверен, что твоё чутьё поможет нам обнаружить новые подсказки.
Каэдэхара Кадзуха:
Конечно. Я останусь после праздника, и мы вместе займёмся расследованием.
Сиканоин Хэйдзо:
Отлично, спасибо!
Каэдэхара Кадзуха:
Пустяки, не за что!
Тома:
Я понимал, что мой господин всё спланировал ещё до начала Испытания смелости, но всё равно здорово перепугался.
Тома:
И всё-таки это было очень весело!
Саю:
Хр-р-р... Я подросла! Хи-хи...
Саю:
Я такая высокая!.. А все вокруг - малюсенькие... Хр-р-р...
Паймон:
Итто! И Горо тоже тут! О чём беседуете?
Аратаки Итто:
Я как раз говорил, если бы у меня было больше времени, я построил бы здесь огромный пруд для рыбалки!
Горо:
Рыбалка... Знаешь, на Ватацуми я ловил рыбу голыми руками.
Аратаки Итто:
Ха-ха-ха! Но с удочкой куда веселее! Я настоящий мастер рыбалки, так что знаю, о чём говорю!
Аратаки Итто:
На днях я поймал такую огромную рыбу, что даже не знал, как с ней быть... Пришлось писать в издательский дом Яэ.
Ханюда Тидзуру:
Надо же, какие бывают проблемы...
Паймон:
Ого! И ты ничего не сказал Паймон? Паймон живо помогла бы тебе её съесть!
Горо:
А? Ты писал в издательский дом Яэ?
Аратаки Итто:
Да! Я отправил письмо в рубрику «Это жизнь», чтобы госпожа Хина дала мне совет. Госпожа Хина - сама доброта, я очень быстро получил от неё ответ.
Горо:
Какое совпадение. Я подрабатываю в издательском доме Яэ, и недавно мне как раз пришло письмо с похожей жалобой.
Аратаки Итто:
Что, говоришь, в этом письме? Кто-то поймал огромную рыбу? Неужели...
Аратаки Итто:
Неужели кто-то может сравниться со мной в рыболовстве? Ну уж нет... Так, желаю вам как следует повеселиться, а сам пойду ловить рыбу, которая будет ещё больше.
Аратаки Итто:
Вот увидите, я заставлю весь стол блюдами из рыбы и приглашу вас на банкет! Ха-ха-ха!
Хитоцумэ Кодзо:
Ох, почти получилось! Леска оборвалась...
Хитоцумэ Кодзо:
Сестрица Ёимия, это куда сложнее, чем кажется. По-моему, такой шарик вообще невозможно выловить из воды...
Ёимия:
Не беспокойся. Я расскажу тебе один секрет. Самое главное в этом деле - зоркие глаза и быстрые руки!
Паймон:
Йо-йо-цури! Паймон читала о такой игре в одном романе!
Ёимия:
Хочешь попробовать? Закрой один глаз, как следует прицелься и подцепи шарик одним резким движением!
Паймон:
Ой, непростая задачка. Путешественник, давай ты попробуешь? Нас здесь трое, так что тебе надо выловить хотя бы три шарика.
Хитоцумэ Кодзо:
Сестрица Ёимия, но если я закрою один глаз, я вообще ничего не увижу!
Саю:
Рамэн... как вкусно...
Камисато Аяка:
Да-а, сто лет не ела рамэн.
Паймон:
Да? Аяка так редко ест рамэн? Но это же вкуснотища!
Камисато Аяка:
А, это вы! Принесите, пожалуйста, ещё две порции.
Камисато Аяка:
В рамэне и сябу-сябу слишком много масла и соли, а я редко позволяю себе такие блюда...
Ханюда Тидзуру:
Как жаль.
Паймон:
Да, теперь Паймон понимает, почему Аяка положила в котёл пирожные!
Ханюда Тидзуру:
Что?
Камисато Аяка:
Ой... не стоит вспоминать об этом...
Саю:
Ух, как же я наелась. Даже в сон потянуло. Немного подремлю...
Камисато Аяка:
Кстати, а на праздниках, которые устраивали ёкаи раньше, были какие-нибудь особые киоски?
Ханюда Тидзуру:
Это долгая история...
Паймон:
Ни одного шарика! Путешественник, где твоё мастерство?
Паймон:
Тидзуру выловила один шарик, но подарила его Хитоцумэ Кодзо...
Ханюда Тидзуру:
Но он так о нём мечтал.
Паймон:
И Паймон тоже мечтала!
Ханюда Тидзуру:
Ладно, следующий шарик отдам тебе.
Паймон:
Отлично!
Тома:
Но это намного дороже, чем обычно! Да, сейчас идёт праздник, но это не повод так задирать цены.
Томохиро:
Киоск тоже стоит денег! Как мне иначе покрыть расходы?
Тома:
Вот что, я покупаю сразу пять масок, но со скидкой 30%. Последнее предложение.
Томохиро:
Ладно, ладно...
Каппа:
Ух, как горячо. Я сейчас поджарюсь!
Каэдэхара Кадзуха:
Ты стоишь слишком близко, сделай пару шагов назад.
Каппа:
Я знаю... Просто редко можно увидеть такой красивый костёр! Хочется любоваться вблизи...
Каэдэхара Кадзуха:
В мире столько разной красоты, не беспокойся. И праздник только начинается...
Яэ Мико:
Не думала, что ты даже от сестры всё скроешь. Она была очень напугана.
Камисато Аято:
Знай она всё заранее, было бы совсем не интересно.
Камисато Аято:
К тому же рядом были её друзья, так что она не так уж сильно боялась. А небольшой испуг помог Аяке снять напряжение, которое в ней накопилось.
Яэ Мико:
Ха-ха... План сработал. Люди подняли панику, как только перестали понимать, что происходит. Да, было весело.
Камисато Аято:
Ха-ха... Да, согласен.
Паймон:
Мико, Аято! Хватит так смеяться. Выглядит жутковато!
Яэ Мико:
А? Вы уже всё здесь осмотрели?
Путешественник,:
Почти.
Яэ Мико:
И как, весело?
Паймон:
Очень!
Яэ Мико:
Настоящий Фестиваль цветов Микавы отмечался с куда большим размахом. Но едва ли на нём вы смогли бы так же повеселиться.
Яэ Мико:
Потому что всегда веселее праздновать вместе с друзьями, да?
Ханюда Тидзуру:
...Да. Спасибо.
Яэ Мико:
Ладно, я думаю, ты хочешь поговорить с путешественником наедине? Не будем вам мешать.
Паймон:
Правда? О чём поговорить?
Ханюда Тидзуру:
Опять вы меня раскусили... Кажется, вам известно всё на свете.
Яэ Мико:
Совсем не всё, просто я когда-то переживала похожий опыт.
Ханюда Тидзуру:
...
Ханюда Тидзуру:
Путешественник, у тебя найдётся минутка? Я хотела... поговорить с тобой наедине.
Аратаки Итто:
Вот странно, и где вся рыба?
Горо:
Не волнуйся! Давай попробуем с другого места.
Хитоцумэ Кодзо:
Ох! Почти!..
Ёимия:
Видишь, уже получается! Не сдавайся!
Саю:
Хр-р-р...
Камисато Аяка:
От одной порции рамэна ничего не будет...
Тома:
Столько всего накупил... Дома надо будет расставить всё по местам.
Каэдэхара Кадзуха:
Ну как, тебе весело? Может, пойдём и чем-нибудь перекусим?
Каппа:
Мне надо отдохнуть...
Камисато Аято:
Расставание - часть праздника.
Яэ Мико:
...Да, любой праздник однажды должен закончиться.
Ёко:
Я хочу стать таким же могучим ёкаем, как господин Уракусай!
Ёко:
Тогда я смогу провести настоящий Фестиваль цветов Микавы.
Сиканоин Хэйдзо:
Гм...
Сиканоин Хэйдзо:
И правда...