Рай

Где это мы? Всё закончилось, да?

Верно, всё закончилось. Все восстановились.

...

...

Что такое? Чего губы кривите? Так рады меня видеть, что не можете сдержать слёз?

Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Ха-ха-ха-ха... К-Кшама, перестань... не смейся... Ты же... всё испортишь!

Смейтесь, смейтесь. Сильно вы меня не смутите.

Любовь и смерть предопределены судьбой. В них нет ничего смешного!

Ладно, больше никакого смеха.

Кстати, а где Цайтлинд?

Я не знаю. Я был снаружи, как и все, кого восстановили. Они только что обнимались.

Я сказал малышу Скарпе отвести всех обратно в главный зал. Затем я оставил их и пошёл к вам.

Они должны быть где-то поблизости. Значит, она не могла уйти далеко.

Это...

...Это брошь с аметистом.

Это одна из вещей, пропавших из моего чемодана. Она принадлежала моей сестре.

Вот оно что. Отлично, значит, одну вещь мы уже нашли.

Наверное, её поместили сюда как экспонат и реликвию современной эпохи.

Если честно, вопрос твоей сестры натолкнул меня на мысли о том, что написать на моём надгробии. Я несколько тысяч лет не задумывался о тех словах.

Здесь нельзя умереть? Значит, я не смогу оставить после себя изысканную эпитафию?

Учитывая мой статус при жизни на земле, я мог бы быть похоронен на кладбище жрецов, покоясь под серебристо-белыми ветвями.

Это большая честь, хотя эпитафию там написать было бы негде.

Тогда я точно не хочу такой славы. Потому что я уже написала свою эпитафию.

А именно...

Огромное вам спасибо.

А как же твоя монета времён царя Дешрета?

Ты всё не можешь о ней забыть? Отдам тебе её, как только прочту десять тысяч молитв покаяния царю Дешрету.

Когда Кшама рассказала ему о падении царя Дешрета, он рассердился и заплакал: «Ты лжёшь!»

«Ты меня обманул! Лжец! Не может быть!»

Если честно, это смешнее, чем моя эпитафия.

Ладно, забудь про монету, раз ты такой скупердяй.

Хм. Самое время сказать, что мы пришли для того, чтобы помочь Цайтлинд найти пропавшие вещи.

А вам помогли между делом!

...Спасибо, Паймон! Спасибо, Путешественник!

О, нет, нет. Ты оказалась здесь из-за нас, поэтому мы должны всё исправить.

Какая неприкрытая пристрастность.

Моя благодарность искренна.

Историй, ты пришёл!

Да, все вернулись в главный зал из Чертогов в пустыне. Поэтому я и пришёл сюда.

Цайтлинд, твои вещи нашлись?

Да. Благодарю за беспокойство.

Отлично!

Кстати, вы знаете, что означают имена Меланта и Нихилита?

Паймон первая! Паймон не знает!

Да, меланхолия и пустота.

Прекрасная эрудиция. Я верю, что мы с тобой подружимся даже больше, чем я подружился с твоей сестрой, поскольку у нас одинаковые интересы.

Да, сестра более общительная и любит проводить время вне дома. Но когда я ещё не умела читать, она читала мне много историй.

Как такой человек может испытывать меланхолию?

Разумеется, я говорю о патологической меланхолии, а не о том стороннем созерцателе, что взирает на наши страдания свысока.

...Она всё это тебе рассказала?

Честно говоря, я был ошеломлён тем, что она рассказала. Я и представить не мог, что кто-то осмелится построить санаторий на том самом месте, откуда поднялся Храм пространства.

Сперва считалось, что меланхолия - это физическое заболевание. Само слово происходит от понятия чёрная желчь.

Впоследствии люди стали считать, что меланхолия - это психическое расстройство.

Правильное понимание требует времени на осмысление.

Но теперь люди вновь открыли истинную природу меланхолии. На самом деле, это болезнь. Без лекарств и друзей не обойтись.

В мою эпоху мы всё это знали. Нам обо всём рассказывали ангелы.

Песни ангелов и Анемо Архонта могут лечить меланхолию, но это не означает, что поверхностное утешение простых смертных способно сделать то же самое.

Что вы хотите сказать?

Это секрет. Мне нужно говорить тише.

Почему великое божество, управляющее силами неба и пространства, назвало свои творения пустотой и меланхолией?

Говорят, что ей не хватало способности к сопереживанию. Она была всемогуща, но бессильна перед тщетностью бытия и недугами человеческого сердца.

Поэтому она назвала свои создания в честь двух понятий, с которыми ей было труднее всего справиться.

Кажется, Паймон понимает её. Имя непобедимого заклятого врага должно звучать круто и внушительно.

Заклятые враги Паймон называются Нехватка Моры, Голод и Отсутствие путешественника.

Звучит слабовато.

Мне не угнаться за вашей тысячелетней мудростью.

Ха-ха-ха, какая там мудрость.

Я молю о смелости отказаться от всего этого и начать жить по-настоящему. Ты понимаешь, о чём я?

Если тебе нужна помощь, приходи ко мне. Хоть даже просто поговорить о твоей сестре.

Х-хорошо...

Назад!

Думать о том, что написать в своей эпитафии - непозволительная роскошь в этом месте. Но я уже всё решил и не боюсь насмешек.

«Передайте мои слова любви городу Патриполю...»

Витрувий!

...Не успел договорить, превратился в песок.

В этот печальный момент хочется смеяться. Интересно, он умрёт от стыда, когда перестанет быть песчаной статуей.

Вы очень оптимистично смотрите на вещи.

Нужно сделать выбор: сначала разобраться с этим стражем или использовать каждую секунду для поиска выживших.

Вы... Мы не встречались раньше? Неужели в такое время здесь появляются новички?

Но раз Декс с вами, вы, должно быть, пришли на помощь. Меня зовут Венипи, я из эпохи, когда божественное тело царя Дешрета ещё существовало.

Паймон - это Паймон, а это Путешественник. И ещё с нами Цайтлинд.

Нас можно считать выходцами из самой современной эпохи.

Цайтлинд... У тебя есть старшая сестра?

Ты знаешь мою сестру?

Разумеется. Здесь все друзья. Независимо от прошлых заслуг, мудрости или положения.

Я был обычным строителем, трудившимся над возведением гробницы царя Дешрета, никчёмной маленькой сошкой.

Я шёл через пустыню, когда меня внезапно вырвало из песков и забросило в Зал безучастия, где я пробыл... я бы сказал, меньше ста лет?

Выйдя оттуда, я обнаружил, что это место полно древних людей, некоторые из них даже старше самого царя Дешрета. Но мы все хорошо ладили.

Позже сёстры божества рассказали мне, что они не сохранили никаких зданий из пустыни, и попросили меня воссоздать их по памяти.

Только благодаря всеобщей помощи нам удалось восстановить эту область. Но теперь... Посмотрите на эти руины.

Кстати, Паймон давно хотела спросить. Песчаные фигуры снаружи - это... э-э... искусство времён царя Дешрета?

Песчаные статуи созданы, чтобы напомнить о бренности тела и скоротечности жизни?

...Вы с сестрой совершенно не похожи. Ты, должно быть, как и другие, очень любишь читать книги.

Эти люди были превращены в песок в наказание.

Ой-ой-ой!

Не волнуйся, они живы. Здесь нельзя умереть. Как только мы решим проблему, все вернутся в норму.

Ах да, Паймон слышала, что ты говорил, что отдашь монету, которую лично пожаловал тебе царь Дешрет, тому, кто тебя спасёт.

Наверняка она стоит целую кучу моры!

Ха-ха, не отдам! Это мой талисман на удачу! И единственное напоминание о моей жизни на земле.

Хм, раз она так важна для тебя, мы великодушно откажемся от вознаграждения.

Мы слишком долго болтали! Он здесь!

Сейчас не время для пустой болтовни. Ты достиг хотя бы уровня ремурийского новобранца-центуриона?

О чём это он? Что это за критерии такие?

Ух ты, вот это да! Уровень элитного центуриона, не меньше!

У вас не было иерархии во времена царя Дешрета?

Учёные из Библиотеки Махавайпулья прочли достаточно книг, чтобы их оценки боевых действий имели под собой некоторые основания.

Образование - это хорошо.

Например...

Рыцари, что сражались под командованием Эринии, в среднем могли справиться с тремя стандартными ремурийскими центурионами. Но всё равно они уступали Эринии на полранга.

Меджай, служивший Царю крокодилов, не считался элитным бойцом, но был очень искусен в борьбе с монстрами. По силе примерно...

Ладно, ладно, давай лучше сначала спасём твоих друзей!

Но я хочу послушать.

Обсудим это позже!

Венипи! Ты жив! Как хорошо!

Разумеется, я знаю, что здесь нельзя умереть. Я имею в виду, как здорово, что ты не превратился в песок.

В общем, главное, чтобы ты понял, что я имею в виду.

Я понял.

И спасибо всем вам. И Дексу тоже.

Я ничего не сделала.

Невероятно! Твоя сила превосходит силу среднего военачальника!

Даже Паймон стало интересно, какой будет окончательная оценка твоей боевой мощи по этой классификации.

Да уж.

Я отведу вас к остальным.

В итоге Венипи предоставил только шаблоны и стиль декораций времён царя Дешрета. Я отвечал за крупные сооружения и дороги.

Совершенно верно. Здание выглядит как строение золотой эпохи, на самом деле оно является результатом общих знаний.

Венипи! Декс! А также Ромхильда и новые друзья! Спасибо вам!

...Я её младшая сестра, Цайтлинд.

Вы очень похожи, обе такие красавицы. Меня зовут Кшама. Я родом из... Что я хотела сказать?

Вы очень похожи, обе такие красавицы. Меня зовут Кшама. Я из эпохи великой властительницы Руккхадеваты.

Времён, когда Дендро Архонт ещё не стала маленькой.

Ха-ха-ха, насмешили.

Если бы я тебе не сказал, ты бы и не узнала.

Будет трудно скрыть это. При виде Витрувия я точно не смогу сдержать смех.

Ладно, хватит болтать. Мы всё осмотрели по пути сюда.

Есть ещё кто-нибудь?

Боюсь, больше никого нет.

У тебя есть идеи, как защитить людей от превращения в статуи из песка?

Наши предыдущие исследования не дали результатов. Обитатели Чертогов в пустыне не разбираются в тайных ритуалах и науке.

Остаётся единственный общеизвестный способ - победить Карателя Гоморры.

Об этом не стоит беспокоиться. У нас есть Путешественник, чья боевая сила сопоставима с силой ремурийского трибуна.

Кажется, кто-то получил повышение.

Но Каратель Гоморры где-то прячется, мы не можем найти его.

Ммм... Это плохо.

Раз уж мы с таким трудом вас спасли, может, сначала вернёмся в главный зал?

Там остались Историй и Джозефс. Они обладают обширными знаниями и, возможно, найдут выход из ситуации.

О, с Историем всё в порядке? Это замечательно. Он самый опытный из нас и очень любознательный.

Он самый эрудированный человек в мире, когда дело касается знаний, истории и культуры.

Тогда нельзя медлить. Чем раньше вернёмся и всё выясним, тем быстрее спасём Витрувия и остальных!

Прошу прощения, что заставил вас ждать. Вижу, у вас всё в порядке.

Даоцзы, слушай! Мы встретили Лжеэшера.

Хм. Должно быть, Меланта вмешался.

В его глазах имена всего лишь цифры, которыми нас отметили, когда мы сюда попали.

Откуда ему было знать, что Маук - это ласковое прозвище, которым дедушка и отец называли Эшера в детстве.

Раз все здесь хорошо ладят, то можно звать его Мауком.

Хотя его картины нас всех немного... шокируют. Но мы ведь его не ненавидим.

Здесь манипуляции с пространством - серьёзная проблема.

Паймон так хочется увидеть, что он нарисовал.

У вас будет такая возможность.

Теперь, когда у нас есть все картины, осталось соединить их. Позвольте мне со всей скромностью добавить завершающий штрих.

Я обучался пейзажной живописи у Кано. Он не обидится, если я добавлю последний мазок.

С помощью этой картины можно попасть в центр Павильона живописи.

Войдя внутрь, протяни руку и достань небесное сердце.

Мне только что пришло в голову. «Пририсовать ноги змее» и «нарисовать глаза дракону»... Оба выражения в некотором роде означают усовершенствование.

Но смысл совершенно противоположный.

Точно!

Протяни руку и коснись этой картины. Разрушь слой иллюзий - и вернёшься в мир.

О чём ты говоришь?

Я имею в виду, что если дотронешься до картины, то вернёшься. Хотя мир снаружи - это всего лишь другая иллюзия.

Достаточно коснуться этой ширмы.

После этого нужно попытаться достать звезду.

Такие снимки...

...рисуют с помощью фотокамеры?

Твоя сестра говорила, что есть вещь, которая может нарисовать изображение даже более реалистичным, чем самая реалистичная картина.

Нас всех это очень заинтересовало.

Но у неё тогда под рукой не было ни фотокамеры, ни снимков.

А теперь я вижу фотографию и могу сказать, что она и правда очень реалистичная.

Хи-хи, разве это не впечатляет? Машины довели реализм до его естественного предела, но всегда есть место воображению.

Это не совсем так. Даже в самых реалистичных картинах присутствуют эмоции и эстетическое видение художника.

Некоторые цвета не встречаются в реальности, но они позволяют почувствовать душу художника.

Даже самая реалистичная картина содержит в себе мелкие детали вымысла, преувеличения и нечёткости. Именно здесь в игру вступают эстетика и мастерство художника.

Ладно... Паймон ничего в этом не понимает. Хотела лишь сделать тебе комплимент, чтобы потом попросить тебя нарисовать что-нибудь для нас.

Паймон хочет посмотреть, какой она получится в стиле абстракционизма!

Спасибо.

Цайтлинд, можно Паймон посмотреть?

Да, это пейзажные фотографии сестры из её путешествий.

Прохожий, которого она попросила сделать снимок, был очень плохим фотографом, поэтому видна только её голова.

Но она радостно улыбается.

Извини, что показала тебе. Освещение и композиция на снимках ужасны. Совершенно нет ощущения глубины и многослойности.

Ничего подобного. Думаю, что это самые лучшие... э-э-э... фотографии.

Если бы твоя сестра не настояла на том, чтобы показать свою голову, эти снимки были бы обычными ужасными пейзажами... то есть, пейзажными снимками.

Но благодаря ей они стали воспоминаниями и доказательством её присутствия там.

...Кажется, я начинаю понимать.

Я нашла свои вещи. Давайте поможем Даоцзы.

Я думаю, что вон та картина ведёт в Обитель блистательного таланта. Попробуйте пройти через неё к Башне лучезарного света.

Я не смогу сопровождать вас в этом путешествии.

Я пойду в центральную область и сообщу всем, что со мной всё в порядке. И сразу же вернусь.

Вне зависимости от того, удастся это или нет, я должен успеть встретиться с вами по возвращении.

Всё складывается наилучшим образом.

Историй, а ты как здесь оказался?

Даоцзы сказал, что вы прибыли в Академию Луян, поэтому я решил прийти вместе с ним.

Как успехи, Цайтлинд? Твои поиски увенчались успехом?

Да.

Можешь сказать, что на этот раз попало в Академию Луян? Всё-таки это территория художников.

Даже представить не могу, что это может быть.

Это фотографии, сделанные на фотокамеру моей сестры.

Фотокамера... Да, я слышал о таких штуках.

Ты отстал от времени. Сестра Цайтлинд уже давно рассказала всем художникам про фотокамеру!

Потому что люди здесь занимаются изобразительным искусством. Совершенно нормально, что они это обсуждали.

Чаще всего Хильда и я говорили о... философии.

О философии?!

Трудно представить, чтобы моя сестра обсуждала философию со столь эрудированным человеком.

О, ты льстишь мне. Мы не углублялись в сложные дискуссии. Мы рассуждали о жизни на примере самых обыденных вещей.

Например, фундаментальный вопрос философии о существовании человека в мире - это «стоит ли завтра совершать самоубийство?»

А?!

...

Позвольте объяснить. В некотором смысле мы исследуем мир, чтобы найти в нём смысл.

Будь мы детьми, сидящими у богов на коленях, или всего лишь эхом в ветрах переменчивого времени...

Всё это слишком далеко от нас. Как обычный человек может сравнивать себя со вселенной? Для большинства мир ограничивается их жизнью.

Если однажды мы обнаружим, что в далёком будущем всё неизбежно обратится в ничто, будет ли наша жизнь иметь смысл?

Или наша жизнь изначально является бескрайним морем страданий, и тогда мир - это, по сути, совокупность мучений.

В обоих случаях нет разницы между жизнью и смертью. Последнее можно даже назвать освобождением.

Паймон... Паймон считает, что это неправильно. Но Паймон не знает, как это опровергнуть.

И что же ответила моя сестра?

Не спрашивай. Я был тем, кто утверждал, что даже если жизнь по своей сути бессмысленна, мы всё равно должны жить.

О, вы не знаете.

В санатории я видела могилу сестры.

...

Спасибо вам за то, что вы всё же попытались её спасти.

Что написано на её надгробии?

«Прожить лишь раз - всё равно что не жить никогда».

Правда?

Вот как...

Цайтлинд...

Мне трудно в это поверить, я хочу утешить тебя, но не знаю, что сказать.

Дай мне немного времени.

Утешения не нужны.

Когда я увидела надгробие, я думала, что заплачу. Но вместо этого я была на удивление спокойна.

Наверное, было бы легче, если бы я заплакала.

Я не это имел в виду.

Позже ты всё поймёшь.

Не открывается. Путешественник, попробуй пнуть посильнее?

(Пнуть посильнее)

Ну как?

Я не чувствую ногу.

Пф...

Здравствуйте. Я художник Эшер.

О-о, так ты тот самый Маук, про которого говорил Историй? Это ты написал все эти потрясающие картины?

При рождении мне дали имя Эшер.

Пожалуйста, следуйте за мной, я отведу вас в безопасное место.

Но нам не нужно в безопасное место! Мы пришли решить проблему.

Тогда следуйте за мной. Я отведу вас туда, где можно решить проблему.

Эти арбузы...

Угу.

Они созрели?

А?!

Паймон спрашивает, они уже созрели?

Это неважно.

Цайтлинд, мы вместе учили твою сестру рисовать.

Это подпись сестры...

Раз это вещь твоей сестры, забери её с собой. Думаю, её можно будет взять.

Что вы думаете об этой картине?

Как бы это сказать? Бывают люди, которые уже в юности пишут на уровне мастеров, а потом всю оставшуюся жизнь ищут картины, в которых есть детская непосредственность.

Я не могу разглядеть в картине Хильды ни руки мастера, ни детской невинности.

Но в них чувствуется печаль.

Разве печаль, передаваемая через изображение фруктов, не впечатляет?

В этой картине нет ни руки мастера, ни детской непосредственности?

Талант и усердная практика - необходимые условия, чтобы взрастить в себе дух мастера.

Может, забудешь то, чему мы тебя учили, и напишешь ещё одну?

Вы забавные.

Я не буду писать ещё одну картину. Я пробовала однажды, это довольно интересно.

Как однажды окрашенный холст не может вернуть себе первозданную белизну, так и я не могу забыть то, чему научилась.

Пусть эта посредственная работа остаётся как есть.

Посредственная работа? Ты так считаешь?

И всё же... она поставила свою подпись.

Да. Когда мы, художники, принимаем заказы, мы всегда подписываем работы секретными подписями.

Поэтому она назвала эту картину «Да здравствует жизнь»... и ушла.

Ну что? Возьмёшь картину сестры с собой?

Нет, пусть остаётся здесь.

В мире людей такие картины могут быть потеряны и уничтожены менее чем за сто лет. Лучше пусть хранится здесь с вами вечно.

Понимаю.

Кстати, а где Маук? Он что, так и застрял в Чертогах в пустыне?

Это ваша вина. Зачем вы вообще заманили его на стройплощадку?

Мы не выгоняли его! Мы хотели, чтобы он показал людям из Чертогов в пустыне, насколько ужасающим является искажение пространства. Ведь они так одержимы пространством.

Манипуляции с пространством могут разрушить здешние правила. Возможно, Меланта изгнал его.

Ха-ха-ха! Горам не сломить погребённый дух. Сквозь разорванные облака наконец проглядывает небо. Я свободен!

Спасибо вам, Хильда, Декс и новые друзья.

Я её сестра, Цайтлинд.

Правда? Вы очень похожи.

Да, нам часто так говорят.

А вы?

Паймон - это Паймон, а это Путешественник. Нас сюда привело поручение История.

В таком случае я не буду объяснять основные моменты. Вы умеете драться? В идеале так, чтобы победить ремурийского легата.

Что это за легат такой?!

С падением Ремурии одна пограничная крепость обрела былое величие.

Спустя много лет к её воротам подошёл старик, представившийся исполняющим обязанности главы школы Гухуа.

Однажды между ними возник небольшой конфликт.

Ремурийский командир сказал, что отвечает за музыку в армии, и исполняющий обязанности главы подумал, что он слаб.

В армии Ремурии звание напрямую зависело от музыкального мастерства. Не говоря уже о том, что он к тому моменту уже превратился в камень.

О, не знаю, известно ли вам следующее: ремурийцы были превращены в ихор и стали полубессмертными големами.

Временный глава школы вложил всю силу в удар, но в итоге только руку себе отбил.

Э-э-э...

Затем он высказался резко, сетуя на отсутствие преемников секретных искусств Гухуа и увядание талантов в его эпоху. А также на отсутствие Глаза Бога у него самого.

Впрочем, если бы у него был Глаз Бога, его бы не выбрали на эту должность.

После прохождения испытания в Зале безучастия мы лишались права получать Глаза Бога. Но это совсем другая история.

Командир ответил ему столь же резко, заявив, что ремурийские легаты гораздо страшнее, чем он.

Потрясающая история! Не волнуйся, Путешественник точно сможет одолеть легата.

Ха-ха-ха-ха, великолепно!

Кстати, почему ты внутри картины? И что это за человекоподобные кляксы?

Такова форма возмездия Меланты - запечатывать людей в картинах, превращая их в чернильные пятна.

Совсем как моя клетка, погребённая под слоями картин.

Значит, чернильные пятна, которые мы видели раньше... это люди?

Да.

Должен напомнить.

Чем реалистичнее картина, тем больше она подходит для того, чтобы заключить в ней твой дух. Ведь ты с первого взгляда поймёшь её суть.

Вот почему все реалистичные картины здесь могут скрывать тайны.

Что же нам делать?

Здесь не место для разговоров. Давайте сначала вернёмся.

Ух ты! Мы так быстро вернулись!

Это место такое загадочное.

Она и правда чудесная, словно последний штрих Владыки Камня, вдохнувшего жизнь в сам камень.

Силой своего сердца и разума ты можешь оживить эти реалистичные картины.

И что нам теперь делать?

Ключ к восстановлению всей библиотеки заключается в этом последнем, ярком штрихе. Но сперва нужно восстановить картину.

«Когда Сердце Небес озарило четыре горизонта».

К-какое величественное название.

Так люди из Инадзумы придумывают названия полотнам.

Теоретически, если мы попадём в Башню лучезарного света, то сможем закончить картину.

Но путь преграждён. Остаётся только отправиться в Обитель блистательного таланта и посмотреть, сможем ли мы оттуда добраться до Башни лучезарного света.

Он всё это время был за этой дверью?

Паймон попросила путешественника ударить по этой штуке со всей силы! Путешественник может горы сровнять, но дверь не дрогнула.

У тебя нога онемела?

Да...

Вероятно, потому что эта дверь материализовалась из картины через разум. Она не существует как физическая материя в обычном смысле.

Историй говорил, что у него был наставник по имени Аристокл, который всегда твердил, что разум превыше материи. Я начинаю понимать, что он имел в виду.

Сровнять горы... прямо как Аждаха. Кстати...

Юй Хуанъи из Залы Махавайпулья говорил, что в его времена Аждаха уже существовал.

И так называемый «последний штрих», который оживил дракона, - не более чем легенда, созданная последующими поколениями. Но история всё равно прекрасная.

Итак, ты что-нибудь понял из всего этого?

Я просто сказал ему: «Ты испортил моё драгоценное воспоминание».

Понимаю.

Ох... Неважно, считайте, что это обычная забавная история. Чтобы открыть нарисованную дверь, нужен художник. Пойду рисовать.

Ты не удивлён?

Это потому что его приключения ещё более удивительные!

Очевидно, что у тебя было много необыкновенных приключений. Я не удивлюсь, если ты и мир успел спасти.

Его разлучило с сестрой очень-очень злое божество.

Главная цель нашего путешествия - найти его сестру.

Так что Путешественник понимает, что ты чувствуешь.

Желаю тебе найти сестру и жить долго и счастливо.

Ох, прости. Паймон забыла, что ты больше не...

Ах, пожалуйста, не извиняйся. Мне не стоило начинать этот разговор. К тому же я вовсе не это имела в виду.

Я очень надеюсь, что твоё желание сбудется.

Спасибо, Цайтлинд!

Ну вот, открыто.

Тогда пошли скорее!

Здравствуйте. Я художник Эшер.

О-о, так ты тот самый Маук, про которого говорил Историй? Это ты написал все эти потрясающие картины?

Паймон кое-что вспомнила... Мы знакомы?

При рождении мне дали имя Эшер.

Правда? А у тебя, случайно, нет брата, который внезапно пропал?

Нет.

Пожалуйста, следуйте за мной, я отведу вас в безопасное место.

Но нам не нужно в безопасное место! Мы пришли решить проблему.

Тогда следуйте за мной. Я отведу вас туда, где можно решить проблему.

Странный тип. Пойдём за ним и посмотрим, что он задумал.

Кано, Ёситоси, Босх, вы живы!

Да. И я больше никогда не хочу рисовать ширмы.

Вы тоже вернулись, Путешественник, Паймон и сестрёнка Цайтлинд!

Спасибо!

Ты очень похожа на Хильду.

Она моя старшая сестра.

Я знаю, знаю... Я всё ещё способен различать людей.

Кстати... Цайтлинд, подойди сюда.

Путешественник, Паймон, спасибо вам. Я очень рада, что в итоге встретила вас.

Хе-хе! Ты ведь попала в неприятности из-за нас.

Погоди-ка, что значит «в итоге»?

Это приключение было опасным, но я увидела много удивительных вещей.

Это не так уж и плохо.

Цайтлинд, почему ты уходишь от ответа?

Разве?

Историй, мы освободили все три области. И почти всех спасли.

И даже нашли все вещи Цайтлинд.

О-о, большое вам спасибо. Нихилита стал очень внимательным, с тех пор как открыл глаза.

Хорошо, теперь твоя очередь! Ты говорил, что есть способ подняться и что за это нужно заплатить определённую цену.

Выкладывай! Паймон не боится ни приключений, ни расходов!

И ещё, как нам отправить Цайтлинд обратно? Ей здесь делать нечего.

Я всё объясню, но вам сначала нужно отдохнуть. Завтра я всё подробно расскажу.

Ну хорошо! Но тут же нет ни кроватей, ни еды!

Подобные желания здесь угасают. Задумайтесь. Вы до сих пор не испытывали ни голода, ни усталости.

Что? Тогда чем Паймон будет заниматься весь день, пока мы отдыхаем?

Здесь много удивительных людей из разных эпох. Пообщаться с ними может быть очень интересно.

Ладно. Но даже если Паймон не устала, она всё равно будет спать на голове у путешественника!

Цайтлинд, когда отдохнёшь, я хотел бы с тобой поговорить. О том, о чём я говорил раньше. О том, над чем нужно подумать.

Поговорим позже, ладно?

Хорошо.

Путешественник и Паймон, приходите, когда отдохнёте.

Вы хорошо отдохнули? Поговорили со всеми, с кем хотели?

Не торопитесь, спокойно отдохните.

Цайтлинд, успокойся и послушай меня. Я не хочу проявить неуважение или говорить под влиянием слепой надежды.

Твоя сестра, скорее всего, не умерла.

Но я видела надгробие.

На надгробии даже есть фотография моей сестры.

Но... разве могила не может оказаться пустой?

Паймон тоже надеется, что с сестрой Цайтлинд всё в порядке. Но твоё предположение слишком уж оптимистичное.

В последнем письме сестра написала мне, что твёрдо решила...

В её прощании наверняка не было написано, что она собирается покончить с жизнью.

Она сказала, что уезжает очень далеко.

Она говорила, что её мечта - объехать весь мир, пока не состарилась.

Хильда говорила буквально. Она покинула санаторий и отправилась путешествовать по миру.

Она с тобой об этом говорила?

Она всегда была жизнерадостной и прекрасно ладила со всеми.

Значит, она тебе не говорила, что у нас нет других родственников.

Это...

Давай отбросим эмоции и посмотрим на ситуацию трезво.

Если бы её уход из жизни принёс горе трём или четырём людям, эта тяжесть, возможно, перевесила бы её печаль.

Но у неё есть только я, и она знает, что я её понимаю. Что я прощу её.

Это не так. Не надо так думать.

Не нужно меня жалеть. В детстве, пока родители были живы, мы жили счастливо. Этих воспоминаний было достаточно, чтобы двигаться дальше.

Но взрослая жизнь полна трудностей.

С детства я была более замкнутой, общение с людьми изматывало меня. Я думала, что моей общительной сестре легче.

Когда сестра выросла, она всегда выглядела измождённой.

Ох...

У вас ещё есть будущее.

О, похоже, она не рассказала о своём женихе.

Он был хорошим человеком. Обычным, добрым, интересным. Иногда я жалею, что он был таким. Если бы он был плохим, всё было бы проще.

В его семье было наследственное заболевание. Какая-то странная болезнь, которая не позволяла жить долго.

Иногда он шутил, что Анемо Архонт слишком хорошо продумал Мондштадт, поэтому даже такая семья, как его, всё никак не исчезнет с лица земли.

Потом он сказал, что должен спасти мир, и ушёл.

Спасать мир...

Наш мир всё ещё существует, так что, возможно, он действительно спас его в каком-нибудь неприметном месте.

Ты же сам говорил, что если бы человек, живущий вечно, не полюбил всех и не стал любим всеми, мир погрузился бы в печаль?

Я думаю, ты прав. Короткая жизнь не заслуживает любви.

Он хотел пожертвовать своей жизнью ради любви, но в итоге лишь причинил сестре ещё больше боли.

Он отправил её в санаторий в горах. В этот самый санаторий, окутанный проклятьями.

Она никогда не рассказывала мне об этом. Прости.

После всего услышанного всё ещё будете настаивать на том, что сестра жива?

Да. Потому что она кое-что здесь сделала.

Из-за моей трусости ей пришлось жить дальше.

Я глубоко уважаю вас, Историй. Но мне кажется, что за долгие годы вы видели слишком много страданий.

Страданий, достаточно сильных, чтобы потопить весь мир... Для обычного человека, такого как я, даже незначительной доли этого достаточно, чтобы похоронить целую жизнь.

Вы не можете понять меня и сестру.

Скажите, как мне вернуться назад? Я обычный человек, которому суждено прожить короткую жизнь. Вечность не для меня.

Эх...

Господин Историй?

Это место когда-то было полностью отрезано от внешнего мира, поэтому покинуть его было невозможно.

Но после падения Нихилиты Декс, кажется, обрёл способность переносить людей современности между Залом столпов и землёй.

Но он не может забрать тех, кто был избран и поднят сюда, потому что он дитя созерцателя. Это правило глубоко заложено в его сущности.

Что? Декс сродни Нихилите?

♪~

Если вы хотите вернуться, вам придётся отказаться от всех своих воспоминаний и знаний и подняться на самую вершину. Раньше это требовалось для аудиенции у госпожи, а теперь - для аудиенции у Меланты.

Я не смогу пойти с вами. Позвольте мне хотя бы проводить вас.

Кстати, а о чём вы пишете?

Эм... Паймон внезапно стало интересно.

Мой роман не закончен. В общих чертах, он о том, как во время Войны Архонтов искусство Адептов распространилось среди людей, что привело к развитию и эволюции трёх различных традиций.

Затем между школой гор Фанху и школой морей Юаньцзяо возник конфликт. И тогда три Адепта пришли из Заоблачного предела урегулировать спор между ними.

Это произошло на самом деле?

Вероятно, нет. Но, с другой стороны, писать стоит именно о тех событиях, которые никогда не происходили.

Что касается Окикуни...

Он поменял пол всех персонажей из произведения Ли Юэ «Яксы: Защитники Адептов» и переименовал его в «Сказание о прекрасных Яксах, способных свергнуть целое царство».

Невыносимо! Это не название, а краткое содержание!

Да ладно... Я всего лишь набросал пару строк после прочтения романа. Разве то, что пол персонажей изменён, умаляет эпичность и трагичность истории?

Надо признать, когда персонажи стали двумя мужчинами и тремя женщинами, теплота девичьей дружбы стала разительным контрастом на фоне трагической развязки.

В моё время Ли Юэ ещё не существовал, но как житель Ли Юэ я поставлю ему 8 баллов из 10. А теперь, пожалуйста, больше не пиши.

Книга странная, но удивительная. Она пробудила во мне интерес к настоящим Великим Яксам.

Приветствую, Ромхильда и новые друзья.

О-о, Декс тоже здесь.

Меня зовут Цайтлинд, я её сестра.

Вот как. Вы очень похожи.

Меня зовут Окикуни. По мнению более поздних поколений, я родом из той эпохи, когда сотни óни и духов бродили по миру, а Наруками ещё не объединила архипелаг.

Меня зовут Кальцерий. Я из ремурийской эпохи.

Меня зовут Юй Хуанъи. Я из эпохи, когда у подножия горы Тяньхэн стоял Форт Шаньхуэй, а ассамблея Гуйли ещё не была построена.

Имейте в виду, что, кроме новоприбывших из приграничных земель, все ремурийцы выглядят как камни. Не пугайтесь, когда увидите их.

Это не камень! Это ихор!

Вот это да! Один человек может свободно переключаться между тремя личностями!

Это потому, что мы все застряли на страницах книги!

Помолчи. Если бы ты не переписал «Эринию», разве мы оказались бы в таком положении?

Я считаю, что ответственность лежит на Окикуни!

Это место называется Зал Махавайпулья. Можете называть его Залой Махавайпулья или Библиотекой Махавайпулья.

Как видите, нас наказали и заточили в книгу.

Эм... Не могли бы вы сперва попросить Декса вернуть меня в прежнее состояние? А потом поговорим.

Это... письма, которые мы с сестрой писали друг другу.

Это очень личное. Паймон думает, нам не стоит их читать, Путешественник.

Ничего особенного, честно говоря. Обычные письма домой. Ей было скучно в санатории, и она писала их, чтобы скоротать время.

Она упоминала, что воздух там очень хороший, много пожилых людей, а жизнь в горах комфортная, но порой очень скучная.

Она упоминала, что часто ходила на кладбище санатория, чтобы читать эпитафии. Она хотела узнать истории тех, кто никогда не вернётся домой, тех, кто обрёл свой вечный покой на горе.

Она писала, что санаторий вот-вот снесут, что ей нужно выйти из тени прошлого.

Пока однажды она не написала...

...что собирается уехать очень далеко и просит меня не волноваться.

Хм...

Не может быть. Когда твоя сестра приходила сюда, она была общительной и казалась жизнерадостной.

...Затем я пришла в храм у Пика ветров и увидела её надгробие на одинокой горе, на чужой и далёкой земле.

Паймон снова заставила тебя бередить старые раны и не знает, как тебя утешить. Прости, пожалуйста.

Не нужно меня утешать. Вторая половина жизни - не что иное, как череда прощаний.

...Это как рисунок на песке. Сегодня он здесь, а завтра его уже нет.

Прости, я не знал... Я и представить не мог, что произойдёт нечто подобное.

Когда она прибыла, отбор кандидатов на возвышение уже был слишком запутанным. Все были в подавленном настроении.

Время, которое и без того стояло на месте, потеряло всякий смысл. Оно превратилось в настоящую пустоту.

Её появление принесло с собой искру жизни, которую мы не видели уже давно. Она очень хороший человек.

Да.

Простите, но я не спросила ваши имена только потому, что пришла попрощаться.

Я не планировала знакомиться с кем-то, потому что не хотела новых прощаний.

Всё в порядке. Главное, что мы в итоге познакомились!

Прощание - это шаг к новой встрече.

Отправиться навстречу приключениям с интересными людьми... не так уж и плохо.

Не думала, что во взрослой жизни у меня будет такая возможность.

Твоя сестра произвела на нас такое же впечатление.

Мы нашли вещи Цайтлинд. Осталось разобраться с ядром восстановления, верно?

Отлично. Теперь Меланта потеряет контроль над этой областью.

И ещё, Цайтлинд...

Что такое?

Я выразился неправильно. Позвольте мне это исправить.

Бытие - это великое приключение, а жизнь - долгое странствие.

Я прожила так долго. Что хорошего случилось со мной за всё это время?

Ты познакомилась с путешественником, Паймон, а также со мной, и попала сюда.

Хотя здесь временно царит хаос и неразбериха, но быть избранным и остаться в вечности - это шанс один на миллион.

Ты говорила, что хочешь остаться здесь. Ну что, остаёшься?

Здесь хорошо.

Все живут в гармонии. Вы все мудры и чисты душой.

Но...

Поговорим об этом позже, а пока давайте вернёмся назад. Интересно, как там Окикуни и Кальцерий.

Невероятно! Вы справились!

С точки зрения силы ты, как минимум, командир легиона начального уровня.

Говоря о командирах легиона начального уровня, существует несколько категорий: големы, арбитры, арбитры-стажёры и гибриды арбитров и големов.

У них разный уровень силы.

Замолчи. Последнее ядро было спрятано в твоём дурацком романе. А теперь я на тебя смотрю - и руки так и чешутся вмазать!

Я превратился в ихор. Больно будет только твоей руке.

Именно поэтому я ещё не использовал свои навыки Гухуа, чтобы ударить тебя.

Ух ты, плоские люди превратились в... эм... объёмных!

Могу только сказать...

Это невероятно приятно!

Когда я в последний раз потягивался?

И как же вы стали бумажными?

Окикуни так воодушевился, читая романы Ли Юэ, написанные более поздними поколениями, что захотел с головой окунуться в это приключение.

Хотел проверить, обладает ли он силой начинающего центуриона... И поэтому его превратили в бумажного человека.

Хватит шутить, будь серьёзнее.

С тех пор как нас выбрали и привели сюда, мы обмениваемся забавными историями. Наши земные привычки так и не покинули нас, мы снова вернулись к написанию романов.

Неустанные мучения и испытания в Зале безучастия были направлены на то, чтобы подорвать нашу волю и желания, но каким-то образом они созвучны древнему искусству отречения трёх смертных сущностей.

Но даже если эта крошечная творческая искра погаснет, одной хорошей идеи достаточно, чтобы вернуть её к жизни.

Действительно. Зал безучастия лишил меня веры в Фобоса, но я по-прежнему испытываю желание писать время от времени.

И стражники нас наказали. Несложно понять почему. Любой, кто увидит то, что написал Окикуни, не сможет сдержать эмоций:

«Что это за ерунда? Но знаешь, в этом есть своя изюминка...»

Но преимуществом является и то, что его работа основана на оригинальном произведении, которое принадлежит нам, потомкам из Ли Юэ.

Перестань, а то они примут твои слова за чистую монету.

Меланта классифицировал нашу работу как источник загрязнения. Он утверждал, что она стирает грань между фактом и вымыслом, оскверняя чистоту и целостность культурного ландшафта.

Признаюсь, наши романы действительно стояли вперемешку с реальными историческими материалами и научными трудами...

Его принципы - это одно, а то, что ты пишешь, - совсем другое.

Кстати, Цайтлинд, кто из пяти Якс тебе больше всего нравится?

Твоя сестра в детстве читала тебе эти истории. Она говорила, что ей больше всего нравится Летучий Змей.

К моменту её прибытия мы уже были листом бумаги, но она не придала этому значения и немного поболтала с нами.

Мне нравится Алатус. Он кажется очень сильным и стойким. Ни я, ни сестра никогда не сможем быть такими, как он.

Тогда Паймон тоже заодно спросит: как нам восстановить это место и спасти остальных?

Это не просто «заодно», это самое главное.

О, Паймон думала, что ты забыл?!

Вещь, к которой только что прикоснулся Декс, является ключом. Принцип заключается в том, что после манипуляции с пространством остаются данные для обратного процесса.

Мы ещё не придумали ему название. Нужно его как-то обозначить, иначе будет неудобно.

Я предлагаю назвать его камнем глубинного освобождения. Мы раскапываем глубокие тайны, чтобы вытащить их наружу.

Я считаю, что ключ надежды больше соответствует атмосфере. Ведь в самом конце остаётся именно надежда.

Уф, какая же это морока! Мы с тобой делаем всю тяжёлую работу...

!

Мы трое делаем всю тяжёлую работу, так что мы имеем право дать ему название!

Назовём его ядром восстановления! И никаких возражений!

Мне, в общем-то, всё равно. Как только это место будет полностью освобождено, мы больше не увидим эту штуку.

Лучше бы их вообще не было.

Согласен. Спасибо вам за помощь!

Мы втроём едва дотягиваем до уровня рядового новобранца, так что не пойдём с вами.

Ты явно переоцениваешь себя как ремуриец и переоцениваешь средний уровень подготовки обычных ремурийских солдат.

Вход в библиотеку находится прямо там. С помощью силы Декса вы сможете мгновенно найти потайную дверь.

Возвращайтесь в центральную область главного храма, там безопасно. Историй и Джозефс уже там.

Да, вы лучше возвращайтесь в безопасное место, как и было запланировано. Я буду их проводником на этом этапе путешествия.

Будь осторожен. Ты ведь ещё не закончил свой роман.

Мы сообщим остальным, что всё в порядке, и вернёмся. Только не превращайся снова в бумагу.

Фух... Какой необычный опыт!

Как ощущения?

Спасибо тебе, Цайтлинд!

Не стоит благодарности. Вы рисковали куда больше.

Историй, ты тоже здесь!

Да. Кальцерий сказал, что вы были в Зале Махавайпулья. Я думаю, что всё решится естественным образом.

Хе-хе-хе, ты смущаешь Паймон!

Цайтлинд, ты нашла пропавшую вещь?

Да, нашла.

Кстати...

...У меня есть свои причины находиться здесь.

С тех пор как вы оказались здесь, вы только и делаете, что решаете мои проблемы...

Я не знаю, что говорил созерцатель пустоты, но чувствую, что здесь есть нечто очень важное для тебя.

Помощь путешественника трудно переоценить. Я готов выполнить свою часть договорённости. Скажи, что тебе нужно?

Твоя история шокирует.

Если бы мы были в Академии, я бы полдня размышлял, прежде чем дать тебе ответ. Чтобы показать, насколько серьёзно я отношусь к этому вопросу.

Я здесь дольше всех и был свидетелем всего, что произошло. Но, к сожалению...

Самая верхняя часть храма, Атриум сущности, - это обитель божеств и созерцателей. Говорят, там хранятся сокровенные истины.

Но немногие осмелились туда подняться.

Неужели там настолько высоко, что даже самые смелые пугаются?

Только тем, кто готов отказаться от всех своих воспоминаний, дозволяется войти туда.

Аудиенция с владычицей храма - это поиск ответов и освобождения, поэтому все воспоминания, связанные с этим местом, стираются.

Только используя свои собственные воспоминания и знания можно проложить истинный путь к небесам. Только так можно прикоснуться к священному.

Но воспоминания не осязаемы. Как нам проложить путь к небесам?!

Такова сущность этого места. Сила богов может переплетать «пустоту» и «реальность» друг с другом.

Вакуум здесь не считается пустотой. С точки зрения того существа, вакуум всего лишь состояние, которое можно заполнить одной мыслью.

Лишь «пустота», где даже смысла не существует... Единственное место, куда не дотянуться даже богам.

К тому же я предполагаю, что путь к небесам должен быть похож на те полуреальные-полуиллюзорные сцены, которые вы видели в библиотеке.

Я слишком труслив и никогда не пытался подняться наверх. У меня нет мужества отбросить свои обязанности.

Я тот, кто стал свидетелем прошлого и постоянно учился будущему у потомков. Я всего лишь носитель своих драгоценных воспоминаний.

Даже если больше нет надежды вернуться на землю, каждая утраченная цивилизация будет жить в моей памяти.

Неужели боги настолько жестоки? Предложить кому-то сделать такой выбор...

Некоторые очень хорошие, а некоторые очень плохие. Например, та, что похитила сестру путешественника, явно очень плохая!

Или, возможно, наоборот. Вовсе не хозяйка храма создала этот путь к небесам.

Если собираешься покинуть это место, то не можешь унести с собой его историю, секреты и знания.

На мой взгляд, описание «пожертвовать воспоминаниями, чтобы построить путь к небесам» слишком... эмоционально.

Твои воспоминания должны быть стёрты в тот момент, когда ты вернёшься в мир смертных. Но сперва...

Люди здесь имеют право оглянуться назад и вспомнить, кем они когда-то были, чем владели и что из этого вышло.

Подожди. Это как если бы существовало правило: можно читать книгу, но как только ты её дочитал, нужно её сжечь?

Но прежде чем сжечь, ты обнаруживаешь, что в книге ещё есть финал и послесловие, которые напоминают тебе о самых ярких моментах.

В итоге не остаётся никаких сюжетных линий, только эмоции и атмосфера.

Лучше и не скажешь.

Твоя способность приводить примеры напоминает мне одного моего студента. Позже он уехал на юг, в Дельфы Пито.

Я не знаю, как теперь называется это место и выжил ли он в войне.

Его звали Абракс. Я спрашивал многих, но все говорят, что он не оставил своего имени в истории.

Хм... Вернёмся к теме.

Да-да, ты столько всего рассказал. Но как нам туда попасть?

Путешественник, твои воспоминания очень важны. Ты не можешь их просто так потерять.

Что касается Паймон, то у неё с путешественником нет таких разногласий, которые могли бы заставить Паймон хотеть начать всё сначала.

Я...

Не стоит волноваться.

...

Когда мы всех спасём, я помогу тебе разобраться с этим. Я понял принцип работы пути к небесам.

Божество покинуло свой престол, и правила слегка изменились. Предыдущий участок пути к небесам в Коридор пустоты сохранился.

Разгневанный Меланта разрушил половину этой лестницы, но оставшаяся часть ступеней всё ещё видна.

Это означает, что по лестнице могут пройти и другие. Осталось только восстановить её.

Ты хочешь это проверить?

Не поймите меня неправильно. Как я уже говорил, я трус, обременённый слишком большим количеством воспоминаний, но при этом слишком напуганный, чтобы умереть.

Историй...

Где последнее ядро восстановления?

Боюсь, оно было спрятано в этой книге.

Книга называется «Рассказ о рыцаре Эринии». Её перевёл Кальцерий, а оригинальное произведение более позднего времени называлось «Эриния».

Однако это скорее пересказ, чем перевод.

Историй очень высоко оценил книгу после прочтения. Он сказал, что она точно запечатлела момент, когда реализм превратился в номинализм.

Паймон ничего не поняла!

Очень хочется почитать.

Итак, как нам вернуть ядро восстановления?

Как я уже говорил, мы можем использовать возможности этой библиотеки, чтобы материализовать сценарии. Ядро восстановления должно быть спрятано в книге.

Путешественник, тебе нужно войти в книгу и отправиться в приключение.

Путешественник, попробуй и ты почувствовать себя бумажным персонажем.

Но ведь я объёмный...

Если что-то пойдёт не так, Паймон с Дексом спасут тебя!

Мне нужен лучший проводник во всём Тейвате.

И что Паймон с тобой делать? Ладно, Паймон составит тебе компанию в этом приключении.

Хуанъи, только не подведи!

На самом деле, возможность восстановления целиком и полностью зависит от Цайтлинд.

Что?

Меланта прочитал и отредактировал книгу. Она полна необоснованной злобы.

А я слишком хорошо знаком и с Эринией, и с Эринием, поэтому силы моего сердца недостаточно, чтобы мгновенно изменить ситуацию.

Другими словами, моё восприятие этой истории безвозвратно зациклено на её трагичности. Но её нужно переписать, чтобы она имела счастливый конец.

И что же нам делать?

Цайтлинд должна преодолеть трудности, описанные в книге, и изменить ход событий к лучшему.

Ты действительно хочешь доверить их безопасность мне?

И ты заставляешь меня мечтать, что вдруг произойдёт что-то хорошее...

Я не могу, у меня вообще ничего никогда не получается хорошо.

Паймон верит в тебя!

Это не просто жизнь, это приключение. Храбрецам всегда сопутствует удача. Кто сам себе помогает, тому и небо помогает.

...Хорошо. Я попробую.

Ой! Это ловушка!

Цайтлинд, ты не ушиблась?

Путешественник защитил меня. Я немного испугалась, но со мной всё в порядке.

Я для вас обуза. Простите...

Нет-нет, ничего подобного!

Зато я знаю, что я точно обуза, и никому до меня нет дела.

В смысле? Разве Паймон только что не держала тебя и путешественника?

Хочешь сказать, что тянула нас наверх? Да ты просто использовала меня как подушку безопасности!

Пф. Хуанъи, Паймон вообще-то умеет летать. Она бы не упала, если бы не пыталась помочь тебе и путешественнику.

Ну да, конечно. Сейчас ты скажешь, что это всё моя вина, потому что я тяжёлый.

Хе-хе.

Ха-ха! Цайтлинд улыбнулась! Мы отличная команда, Хуанъи!

Не переживай ты так, Цайтлинд.