arrow_back Genshin Impact: Nhiệm Vụ
Долгий день в горах: Пролог

Волшебная гора

Danh sách nhiệm vụ

Ветер стих
На Пике ветров есть заброшенный санаторий...
Манн:
Некоторые совсем не желают слушать. Говорю же, сейчас не лучшее время для восхождения на гору.
Хоффман:
Эй-эй, Манн, не надо так волноваться. Успокойся и давай поговорим.
Липпхарт:
Мы только что прекрасно общались в «Ночном настое».
Липпхарт:
Но как только я упомянула, что направляюсь на Пик ветров, он схватил меня и притащил сюда.
Паймон:
Ой, это же Хоффман! Что случилось?
Хоффман:
Как видишь, Манн настоятельно рекомендует держаться подальше от Пика ветров.
Хоффман:
Позвольте представить. Липпхарт, искательница приключений.
Манн:
То, что я видел... То, что я чувствовал... Это было ужасно! Поверьте, вы не захотите это испытать.
Липпхарт:
Сегодня я никуда уже не пойду, так что давайте послушаем. Считайте это продолжением застольной беседы.
Липпхарт:
Итак, насколько это опасно?
Манн:
В санатории и правда есть призраки! Я видел их своими глазами!
Паймон:
Призраки?!
Манн:
Это случилось прошлой ночью...
Манн:
Да! Я видел это собственными глазами, клянусь своей зарплатой!
Липпхарт:
Ты ведь жаловался, что привратник мало зарабатывает.
Манн:
Я не простой привратник. Я контролирую работы по сносу строений и сохранению культурного наследия.
Манн:
Но зарплата действительно маленькая... Тогда поклянусь своей репутацией в таверне.
Хоффман:
Для жителя Мондштадта это весомая клятва.
Хоффман:
Мне следует расследовать это самому, но я должен встретить экспедиционный отряд, который возвращается в Терновый порт...
Хоффман:
Извини, Nhà Lữ Hành, не мог бы ты сходить в санаторий и проверить там всё?
Паймон:
За подобными страшилками обычно скрывается что-то грандиозное.
Липпхарт:
Тогда что скрывается за по-настоящему страшными историями?
Паймон:
На самом деле все страшные истории сводятся к... э-э... научным фактам о том, как суеверия вредят людям.
Путешественник,:
Не волнуйся. Драться я умею.
Паймон:
Так и есть. Мы не раз встречали призраков. Большинство из них неплохие собеседники.
Манн:
Значит, призраки действительно существуют в этом мире?
Паймон:
Нет-нет. Это всё чудесные элементальные силы и научные явления.
Липпхарт:
Ну ладно, тогда сегодня не пойду. Проведу ещё один день в Терновом порту, попивая вино.
Паймон:
Цайтлинд, нас ждёшь?
Цайтлинд:
Нет, нет. Что-то не так...
Цайтлинд:
Э-э-э... Разве раньше так было?
Паймон:
Хм... Это место и правда изменилось.
Путешественник,:
(Что случилось?..)
Паймон:
Ого!
Нихилита:
Меня зовут Нихилита. Я созерцатель небытия, Прозревший.
Нихилита:
Благородный путешественник, прибывший издалека, вернувшийся из моря звёзд... Приветствую вас. Добро пожаловать.
Цайтлинд:
Он... знает тебя?
Путешественник,:
Но я его не знаю.
Нихилита:
Так и должно быть. Мы живём в сторожевых башнях мира. Нам не суждено было встретиться, даже через бесчисленные эпохи.
Нихилита:
Я пал в мир смертных лишь ради одной цели: молю, взойдите в горние небеса и освободите Эонов прошлого от их искажённых судеб.
Нихилита:
Пожалуйста, прикоснитесь к статуе Анемо Архонта. Это врата в небеса.
Паймон:
Постой-постой! Ты разве не видишь, что здесь обычный человек!
Паймон:
Цайтлинд ведь ни при чём? Позволь нам сперва отвести её обратно!
Нихилита:
...
Нихилита:
Не могу поверить. Вы действительно пришли...
Цайтлинд:
А!
Нихилита:
Пожалуйста, не волнуйтесь. Я защищу её, чтобы она не страдала после вознесения.
Паймон:
Хочешь сказать, что мы возьмём Цайтлинд с собой?
Нихилита:
У неё свой путь. Когда достигнете небесного храма, она придёт в себя.
Паймон:
Эй! Подожди-ка, мы не давали согласия отправляться в какое-то там странное место! Сначала освободи Цайтлинд!
Нихилита:
Это не какое-то странное место, а резиденция небесных правителей, известная как Фрагментарная юрисдикция Тау. Или, пожалуй, лучше использовать утраченное название.
Нихилита:
Храм пространства.
Путешественник,:
Храм пространства...
Путешественник,:
(И его способности...)
Нихилита:
Верно. Это храм божества, которое однажды предстало перед тобой, то есть моей создательницы. В храме ты найдёшь ответы на свои вопросы.
Нихилита:
Возьмите его с собой. Он поможет вам.
Паймон:
Ах! Что это такое?!
Паймон:
Объясни, что это такое!
Нихилита:
Созерцатель не объясняет. Созерцатель лишь молча наблюдает.
Нихилита:
Как только безопасность будет обеспечена, он вернёт Цайтлинд в прежнее состояние.
Паймон:
Эй, не надо перекладывать ответственность на других! Мы вообще-то не соглашались никуда идти!
Нихилита:
Благородный странник, не согласитесь ли вы отправиться в путь?
Паймон:
Вот опять! Сам с собой разговариваешь и от темы уходишь. Ты вообще о чём?
Паймон:
Nhà Lữ Hành, ты понимаешь, о чём он говорит?
Путешественник,:
Храм пространства...
Путешественник,:
Я готов пойти.
Паймон:
А?!
Паймон:
Ну ладно. Раз ты так хочешь пойти, Паймон составит тебе компанию!
Паймон:
Эй, где он?
Нихилита:
Если моя непочтительность разгневала тебя, приди ко мне с мечом в руке. Я буду ждать тебя в мире смертных.
Паймон:
Привет!
Историй:
Ах, человек. Я думал, что вознесение давно закончилось. Может, это такой же случай, как с Хильдой?
Историй:
Нет, постойте. Возможно, вам не повезло. Вы недавно прошли испытание Зала безучастия?
Историй:
Привет, новенькие. Меня зовут Историй, я из той эпохи, когда тёмный Владыка драконов разорвал небесный свод. А вы?
Паймон:
А что это за эпоха?
Путешественник,:
Меня зовут Nhà Lữ Hành.
Паймон:
Паймон - это Паймон.
Цайтлинд:
Цайтлинд.
Историй:
Так ты Цайтлинд.
Историй:
!
Историй:
Ах! Декстер! Ты тоже здесь!
Историй:
Теперь я понимаю. Вы, должно быть, люди современности. Тогда вы пришли помочь нам!
Паймон:
А ты быстро соображаешь!
Паймон:
Значит, Декса зовут Декстером. Он твой друг?
Историй:
Нет. Мы тоже называем его Дексом. Он только что послал мне секретный сигнал.
Историй:
Поэтому я представил его, используя более официальное и впечатляющее имя.
Паймон:
Nhà Lữ Hành, Паймон тоже хочет официальное имя и секретный сигнал.
Историй:
Сейчас не время обсуждать это.
Историй:
Если Нихилита послал вас сюда, значит, пришло время нанести ответный удар.
Паймон:
Подожди, у нас ещё столько вопросов!
Историй:
Сбиты с толку? Сильнее, чем я, когда впервые увидел картины Эшера?
Историй:
Хорошо. Давайте обсудим план. Подойдите поближе.
Цайтлинд:
Я тоже?
Паймон:
Ой, Паймон чуть не забыла! Историй, ты знаешь, как вернуть человека на землю?
Историй:
Знаю.
Паймон:
Не мог бы ты рассказать, как отправить Цайтлинд назад? Она обычный человек.
Историй:
Проще простого. Раньше это было практически невозможно, но в последнее время правила и система храма близки к краху.
Историй:
Но сперва я попрошу вас о маленькой услуге.
Паймон:
Хм, ладно. Только пусть это будет действительно маленькая услуга.
Историй:
Всё просто. Помогите мне разнести несколько ничтожных стражников, спасти старого друга, а потом сопроводите нас обратно в центр Зала столпов.
Паймон:
Звучит не так уж сложно.
Паймон:
Знаешь, какое божество правит этим местом? Nhà Lữ Hành ищет её.
Историй:
Некогда это был храм Богини пространства, но она давно исчезла без следа.
Историй:
После исчезновения хозяйки один из двух управляющих впал в немилость и ушёл.
Историй:
Оставшийся, Меланта, становился всё более суровым по отношению к нам. Он не спустился в мир смертных, но впал в безумие.
Паймон:
Меланта? Значит, тот, кто впал в немилость, - это Нихилита, который разговаривает сам с собой?
Историй:
Именно так. Созерцатель, который познакомил вас с Дексом, - это тот, кто ушёл. Нихилита, что значит «Небытие».
Паймон:
Ха, так это тот парень с большими крыльями, который разговаривает сам с собой, не обращает внимания на то, что говорят другие, и меняет тему, когда ему задают неудобные вопросы!
Историй:
Неужели он такой разговорчивый?
Историй:
Ох... Неважно. Когда-то они были божественными фамильярами, которые наблюдали за миром из Зала столпов пространства.
Историй:
Храм пространства отбирает людей и предметы из определённой исторической эпохи или исчезнувшей цивилизации, рассматривая их как мельчайшие возможные сегменты.
Историй:
После вознесения избранные остаются здесь как живые воспоминания. Навечно.
Цайтлинд:
Звучит как-то не очень весело.
Историй:
Это место не было задумано как вечный рай или небесное царство.
Историй:
Впрочем, сёстры Богини пространства иногда приносили в храм интересные вещи и давали поблажки за деяния, связанные с изменениями.
Паймон:
О-о, Паймон понимает! Это как идеально чистая, но скучная полка с книгами, на которую сёстры наклеили стикеры и напихали лёгких романов!
Историй:
Затем Меланта, движимый тоской по своей создательнице, вернул все правила в их первоначальную форму. Он начал устранять все изменения и наказывать нарушителей.
Историй:
Я набрался смелости покинуть относительно безопасный центр храма, надеясь спасти старого друга.
Историй:
В итоге потерявший форму Панкратион был загнан стражниками и спрятался в том самом месте.
Паймон:
Ладно. С предысторией разобрались, а что насчёт плана?
Историй:
Мы прорвёмся туда, по пути спасём всех знакомых, которых сможем.
Паймон:
Хорошо. Значит, нам нужно найти Меланту. Будем надеяться, что у него есть ответы.
Паймон:
Как и ожидалось, на кладбище ничего нет.
Паймон:
Дедушка Манн наверняка ошибся!
Паймон:
Но на надгробии изображена совсем юная девушка. Наверняка за этим стоит какая-то трагическая история.
Цайтлинд:
Вы друзья моей сестры?
Паймон:
Ой!
Путешественник,:
Они... одинаковые.
Паймон:
С-сестра?
Паймон:
Паймон, кажется, поняла. Ты сестра покойной, похороненной здесь, да?
Цайтлинд:
Вы друзья моей сестры?
Путешественник,:
Нет...
Паймон:
Ты напугала старика у ворот прошлой ночью, поэтому рыцари послали нас расследовать этот случай.
Цайтлинд:
Понятно. Я пришла сюда в поисках сестры. Не ожидала, что слухи окажутся правдой.
Паймон:
Слухи?
Цайтлинд:
«Те, кто попадает в санаторий, остаются там навсегда». Примерно так.
Цайтлинд:
В своих письмах сестра упоминала, что санаторий скоро закроется и что она собирается уехать куда-то далеко.
Паймон:
Хм. А м-может, она и правда отправилась путешествовать по миру?
Паймон:
Нет, постой. Вот же её могила... Прости.
Цайтлинд:
Всё в порядке. Я думала так же, как и ты. Мне тоже понадобилось время, чтобы морально подготовиться и прийти сюда в поисках ответов.
Цайтлинд:
Возможно, я пришла слишком поздно, вот и напугала старика.
Цайтлинд:
Пожалуйста, передайте ему мои извинения. Прошу прощения, что доставила столько хлопот.
Паймон:
Всё в порядке. Паймон понимает. Нужно всё им объяснить.
Цайтлинд:
Вчера вечером было уже темно. Я хотела поговорить со стариком, но он убежал без оглядки.
Цайтлинд:
Пока что я хочу найти следы её пребывания здесь. Возможно, это поможет найти ключ к разгадке... почему она...
Паймон:
Уже поздно, мы тебе поможем. Чем быстрее осмотрим всё, тем быстрее вернёмся обратно.
Паймон:
Правда, Nhà Lữ Hành?
Паймон:
Кстати, а как тебя зовут?
Цайтлинд:
А...
Цайтлинд:
...
Паймон:
Ч-что такое? Не хочешь называть своё имя?
Паймон:
Тогда Паймон придумает тебе прозвище, хорошо?
Цайтлинд:
Нет, я... Я собиралась... проститься.
Цайтлинд:
Хм...
Цайтлинд:
Цайтлинд. Меня зовут Цайтлинд.
Паймон:
Хорошо! Тогда, Nhà Lữ Hành, давай поможем Цайтлинд и осмотрим всё вокруг.
Историй:
Вот это да. Это же наш великий мастер борьбы с самоубийством, Джозефс. Что ты здесь делаешь, проклиная всех живых?
Джозефс:
Хватит уже. В Храме пространства никто не умирает.
Историй:
Вот это да, эксперт по предотвращению самоубийств пытался покончить с собой?
Джозефс:
Ещё немного, и стражники придут сюда.
Историй:
Ладно. Особые случаи требуют особого подхода. Не буду над тобой насмехаться.
Историй:
Nhà Lữ Hành, Цайтлинд, это Джозефс. Мой друг.
Джозефс:
К чему эти слова? В этом месте все свои.
Джозефс:
Если за столько лет жизни человек не полюбил всех и не стал любим всеми - мир утонет в печали.
Джозефс:
Давайте отправимся в центр мира, в страну, где нет места ни старцу, ни мёртвому, ни богачу, ни нищему.
Историй:
Хе-хе, я уже цитировал это стихотворение.
Джозефс:
Здесь безопаснее. Не знаю почему, но хранители-подавители не могут проникнуть сюда.
Историй:
Хранители-организаторы обычно не причиняют людям вреда, если только те не попытаются украсть реликвию.
Паймон:
Цайтлинд, ты всё это время так крепко сжимала чемодан, что у тебя даже костяшки пальцев побелели.
Паймон:
Здесь безопасно, можешь поставить его.
Паймон:
Эм, если только в чемодане нет украденных реликвий. Но это же не так, правда?
Цайтлинд:
Да.
Паймон:
Наверняка внутри что-то очень ценное?
Цайтлинд:
Не совсем так. Это вещи, с которыми я должна попрощаться, прежде чем уйду.
Паймон:
А?
Цайтлинд:
Всё в порядке.
Историй:
У тебя с сестрой очень разные характеры.
Цайтлинд:
Что?!
Цайтлинд:
А... Вы... знаете мою сестру? Она тоже была здесь? Только что вы упомянули Хильду, значит...
Историй:
Не стоит так волноваться, Цайтлинд. Здесь безопасно. Мы можем не спеша поговорить о твоей сестре.
Джозефс:
Бесстыдник. Хильда называла тебя дедушкой.
Историй:
Я и сам не знаю, из какого времени я родом. Но я слышал, как вы все говорили о давно минувшей эпохе, когда боги воевали по всей земле.
Историй:
А в мою эпоху на земле ещё не было богов. Тебе встречались ангелы?
Ромхильда:
Так значит, ты пра-пра-пра-прадедушка? Ха-ха, дедушка Историй.
Историй:
Попав сюда, все оказываются в застывшем пространстве-времени. Святые и простые смертные, мудрецы и глупцы, юные и старые. Нет никакой разницы.
Историй:
В общем, не называй меня дедушкой.
Ромхильда:
Тогда давай так: я буду называть тебя дедушкой Историем, а ты меня - сестрёнкой.
Историй:
Она хорошая девочка. Но по какой-то причине она всегда выглядела немного мрачной.
Джозефс:
Точно.
Паймон:
Эй, хватит ностальгировать! У Цайтлинд украли чемодан!
Цайтлинд:
А-а, верни!
Джозефс:
Улетел. Погоня будет не из лёгких.
Цайтлинд:
Что же теперь делать?
Историй:
Не расстраивайся, Цайтлинд. У меня есть догадка.
Историй:
Nhà Lữ Hành, пойдём со мной.
Историй:
Да, здесь.
Цайтлинд:
Отлично!
Паймон:
Но, кажется, удалось найти только малюсенькую часть!
Историй:
Как я и думал, твой чемодан и вещи внутри него приняли за реликвии этой эпохи.
Историй:
Остальные вещи, вероятно, были размещены в других областях.
Паймон:
Не переживай, Цайтлинд. Вместе мы их непременно найдём!
Цайтлинд:
...Спасибо вам.
Историй:
Позвольте я расскажу о тематических областях?
Паймон:
Пожалуйста, расскажи.
Путешественник,:
Я слушаю.
Историй:
Помимо людей, сюда были перенесены ландшафты, реликвии и даже экосистемы.
Историй:
Храм был предназначен для того, чтобы сохранить в себе фрагменты человеческой культуры, хотя некоторые из них постепенно приобрели свои особенные функции.
Историй:
Возьмём, к примеру, Академию Луян из древнего Ли Юэ. Сейчас она стала центром искусства и живописи.
Историй:
Ещё есть Венипи, рабочий, который когда-то перевозил камни для гробницы царя Дешрета. По приказу он восстановил комплекс в пустынном стиле, получивший название «Чертоги в пустыне».
Историй:
И наконец, мой любимый Зал Махавайпулья. Помимо древних книг, там хранятся романы, написанные вознесёнными.
Историй:
Однако поскольку суть Храма пространства заключается в сохранении, а не в эволюции, они первыми подверглись наказанию.
Паймон:
То есть нам нужно отправиться в эти три места, чтобы найти пропавшие вещи Цайтлинд?
Историй:
Вы также могли бы освободить эти области и спасти остальных. Если вам не слишком сложно, конечно.
Паймон:
Хо-хо, Историй. Это уже совсем другая цена!
Цайтлинд:
Я бы выразилась иначе. Мы должны помочь всем и по пути найти мои вещи.
Историй:
Твои вещи важнее всего, Цайтлинд. Потому что ты живёшь в настоящем.
Историй:
Это место - собрание прошлого, оно не может создать будущее. А у тебя есть будущее.
Историй:
Твои потребности - самое важное. Понимаешь?
Цайтлинд:
В итоге живой человек может оказаться не более чем именем на надгробной плите.
Историй:
Даже если так, имя несёт в себе бесчисленные воспоминания, а также истории и силу, передаваемые через них, сестрёнка Цайтлинд.
Историй:
Давайте сначала вернёмся и немного отдохнём. У вас наверняка ещё много вопросов.
Цайтлинд:
Проклятая гора, с которой никто ещё не возвращался...
Паймон:
Эм, а что именно мы ищем?
Цайтлинд:
Возможно, записку. Клочок бумаги. Или... Следы жизни?
Цайтлинд:
Сейчас, когда столько всего снесли, вряд ли нам удастся что-то найти. Но я должна хотя бы попытаться.
Путешественник,:
Э... Эшер? Инженер Эшер?
Историй:
Знакомое имя? Но это было очень давно. Ты не можешь знать его...
Историй:
Хотя... Возможно, он знаменит? Жаль, что я не оставил своего имени в истории.
Историй:
Предлагаю называть его Мауком.
Путешественник,:
Эшер?
Историй:
Обычный невезучий, зловещий художник.
Историй:
Его семья и мы все зовём его Мауком.
Паймон:
Маук... Где-то Паймон это уже слышала...
Историй:
Нет-нет, сейчас не время говорить об этом.
Историй:
Позвольте спросить, есть ли среди вас кто-нибудь, чья боевая сила сопоставима с силой младшего ремурийского центуриона или выше?
Паймон:
Не переживай, Nhà Lữ Hành отлично дерётся!
Историй:
Давай же. Пойдём и покажем им твой Панкратион. Или, может быть, махайру. Это тоже подойдёт.
Цайтлинд:
...
Паймон:
!
Паймон:
Цайтлинд, с тобой всё в порядке?!
Цайтлинд:
Да, я чувствую себя хорошо, но ощущение времени исказилось. Как будто прошла целая вечность, а может, всего лишь мгновение.
Путешественник,:
Да, мне это знакомо.
Цайтлинд:
Ты тоже испытал подобное?
Цайтлинд:
Ты, наверное, тоже пережил много несчастий. Сколько времени прошло?
Путешественник,:
Примерно... пятьсот лет?
Цайтлинд:
Что? Неужели мы здесь уже так долго?
Паймон:
О, нет. Он говорит о событии, которое произошло с ним.
Паймон:
Если подумать, пятьсот лет тоже не совсем точная оценка.
Паймон:
Сейчас прошло, наверное, минут десять?
Цайтлинд:
Что? Неужели мы здесь уже так долго?
Путешественник,:
Скажи...
Цайтлинд:
Хм?
Путешественник,:
Ты так и не спросила, как нас зовут.
Цайтлинд:
А, да. Я хотела позвать на помощь, но поняла, что даже не знаю, как к тебе обратиться.
Цайтлинд:
Прошу прощения, я с самого начала собиралась... Эм, неважно.
Цайтлинд:
Я знаю, что тебя зовут Nhà Lữ Hành. А как зовут твоего питомца?
Паймон:
Эй! Паймон не питомец! Паймон - лучший проводник и компаньон! Скажи ей, Nhà Lữ Hành!
Путешественник,:
Паймон не питомец.
Паймон:
Опять собираешься отпустить какую-то плохую шуточку?
Цайтлинд:
Извини, Паймон.
Цайтлинд:
Ну что ж, здравствуйте, Паймон и Nhà Lữ Hành.
Паймон:
Паймон обещает, что мы доставим тебя вниз в целости и сохранности. Но мы пока не знаем как.
Паймон:
Давайте продолжим двигаться вперёд. Нужно найти кого-нибудь и выяснить, что происходит.
Паймон:
На этой кровати столько пыли! Наверное, на ней спали пациенты, когда санаторий ещё работал.